Органон врачебного искусства


§ 1

Высшим и единственным предназначением врача является возвращать больному здоровье или лечить, как это обычно называют (1).

§ 2

Наивысшим идеалом лечения является быстрое, мягкое и окончательное восстановление здоровья или устранение и уничтожение болезни во всей её целостности кратчайшим, наиболее надёжным и безопасным способом на основе легко понимаемых принципов.

§ 3

Если врач ясно понимает, что следует лечить при заболеваниях или, лучше сказать, в каждом индивидуальном случае болезни (знание болезни, показание), если он ясно понимает, что является целебным в лекарствах, или, лучше сказать, в каждом индивидуальном лекарстве (знание лекарственных свойств), и если он знает, как применить в соответствии с ясно определяемыми принципами то, что целебно в лекарстве, к тому, что является несомненно болезненным у его пациента, так, чтобы добиться восстановления здоровья — применить лекарство, наилучшим образом подходящее как с точки зрения его действия в данном случае болезни (выбор средства, показанного лекарства), так и с точки зрения точного его приготовления и требуемого количества (правильная доза) и надлежащего периода повторения доз — если, наконец, он знает препятствия, мешающие выздоровлению в каждом случае и осведомлён о том, как устранить их так, чтобы выздоровление стало окончательным, то он понимает, как лечить разумно и рационально, и является истинным практиком целебного искусства.

§ 4

Равным образом является он хранителем здоровья, если знает факторы, расстраивающие здоровье и вызывающие смерть, и знает, как предохранить от них здоровых людей.

§ 5

Полезными для помощи врачу в деле лечения являются детальные знания о наиболее вероятной возбуждающей причине, острой болезни, а также о наиболее значительных моментах во всей истории хронического заболевания, так как они помогают ему в обнаружении его фундаментальной причины, которая обычно связана с хроническим миазмом. В этих исследованиях необходимо учитывать физическую конституцию пациента (особенно при хронических болезнях), особенности его духовной и интеллектуальной сферы, его занятия, привычки и образ жизни, общественные и семейные отношения, возраст, половую функцию и т.д.

§ 6

Непредубеждённый наблюдатель — хорошо осведомлённый о тщете трансцендентальных, не подтверждаемых опытом, спекуляций — сколь бы проницательным он не был, при рассмотрении каждого индивидуального заболевания не учитывает ничего, кроме изменении в здоровье тела и духа (болезненные явления, события, симптомы), которые могут быть восприняты внешним образом при помощи чувств; то есть он отмечает у больного пациента только отклонения от прежнего состояния здоровья, которые ощущаются самим пациентом, отмечаются окружающими и наблюдаются врачом. Все эти воспринимаемые признаки представляют болезнь во всей её совокупности, то есть вместе образуют они истинную и единственно возможную картину болезни (2).

§ 7

При болезни, в случае которой отсутствует какая-либо явная возбуждающая или поддерживающая причина (causa occasionalis), которая должна быть устранена (3), и мы не видим ничего, кроме болезненных симптомов, только симптомы болезни должны определять (следует принимать во внимание возможность миазма и дополнительные обстоятельства, § 5) средство, необходимое для ослабления её — и, более того, совокупность симптомов этой отображаемой наружно картины внутренней сущности болезни, или поражения жизненной силы, должна быть главным или единственным средством, при помощи которого болезнь может дать знать о необходимом для нас лекарстве — единственным обстоятельством, определяющим выбор подходящего лекарства — то есть, короче говоря, совокупность (4) симптомов должна быть главным и, на самом деле, единственным обстоятельством, которое должен учитывать врач в каждом случае болезни и устранять при помощи своего искусства для того, чтобы болезнь была излечена и трансформирована в здоровье.

§ 8

Невозможно представить, да и ни один в мире опыт не подтвердит того, чтобы после устранения всех симптомов болезни и всего комплекса её воспринимаемых феноменов, должно или могло остаться что-либо кроме здоровья, или что болезненные изменения внутренних органов могли остаться неискорененными (5).

§ 9

В здоровом состоянии человека духовная жизненная сила (самоуправляемая), этот двигатель, одушевляющий материальное тело (организм), управляет им с неограниченной властью и сохраняет чудную, гармоничную в отношении как ощущений, так и отправлений жизнедеятельность, таким образом, что наш вечный, наделённый рассудком, дух может свободно распоряжаться этим живым, здоровым инструментом для высших целей нашего существования.

§ 10

Материальный организм, лишённый жизненной силы, не способен ни к ощущению, ни к деятельности, ни к самосохранению (6); он вызывает ощущения и совершает жизненные отправления исключительно благодаря нематериальной сущности (жизненному принципу), которая оживляет материальный организм в состоянии здоровья и болезни.

§ 11

Когда человек заболевает, то только эта духовная, самодействующая (автоматическая) жизненная сила, повсеместно присутствующая в его организме, первоначально поражается динамическим влиянием (Materia peccans) болезнетворного, враждебного жизни агента; только жизненный принцип, доведённый до столь ненормального состояния, может вызвать в организме неприятные ощущения и привести к нарушению процессов жизнедеятельности, что мы называем болезнью; поскольку сила невидима сама по себе и познаваема только по своему действию на организм, её болезненные нарушения открываются только через проявления заболевания в ощущениях и отправлениях частей организма, доступных наблюдателю и врачу, то есть в болезненных симптомах, и не могут быть узнаны никаким другим способом. (7)

§ 12

Только болезненно изменённая жизненная энергия вызывает болезнь, так что патологические явления, доступные нашим чувствам, отражают, в то же время, и внутреннее изменение, или всё болезненное расстройство внутреннего двигателя; словом, они обнаруживают всё заболевание; также и исчезновение под влиянием лечения всех патологических явлений и изменений, отличающихся от здоровых жизненных отправлений, безусловно, вызывает и с необходимостью влечёт за собой восстановление единства жизненной силы и, тем самым, возвращение здоровья всему организму. (8)

§ 13

Поэтому болезнь (если только она относится к области ведения хирургии), воспринимаемая аллопатами, как нечто отдельное от живого единства, от организма и одушевляющей его жизненной силы, и спрятанная в его недрах, является, сколь бы тонкой природы она ни была, химерой, которую могли вообразить лишь умы материалистического склада, и это представление в течение тысячелетия даст господствующей медицинской системе те вредные идеи, которые превратили её в действительно вредное (не исцеляющее) искусство.

§ 14

Внутри человека нет ничего патологического, что подлежало бы лечению, и не существует видимых болезненных изменений, подлежащих лечению, кроме тех, которые открываются внимательно наблюдающему врачу через болезненные признаки и симптомы — факт, находящийся в совершенном согласии с безграничной добротой всеведущего Спасителя человеческой жизни.

§ 15

Изменение болезненно повреждённого духовного двигателя (жизненной силы), оживляющего наше тело в его невидимых недрах, и совокупность наружно отображаемых и вызванных им в организме симптомов, представляющих существующее заболевание, составляют единство; они являются одним и тем же. Организм является, на самом деле, материальным инструментом жизни, но его нельзя представить без оживляющего влияния инстинктивно воспринимающего и действующего двигателя, так же, как и жизненная сила немыслима без организма; следовательно, вместе они составляют единое целое, хотя в мыслях и разделяются нами ради удобства их понимания.

§ 16

Наша жизненная сила, как духовный двигатель, не может быть атакована и изменена никакими нарушающими гармонию жизни вредными воздействиями внешних враждебных сил на здоровый организм иначе как духовным (динамическим) образом, как и все сходные патологические изменения (болезни) не могут быть устранены врачом иначе как при помощи духовных (по существу, динамических (9)), вызывающих изменения сил подходящих лекарств, действующих на духовную жизненную силу, которая воспринимает их благодаря способности повсеместно присутствующих в организме нервов к ощущению, так что только благодаря своему динамическому действию на жизненную силу лекарства могут восстанавливать, и на самом деле восстанавливают, здоровье и жизненную гармонию, после того, как изменения в здоровье пациента, распознаваемые при помощи наших чувств (совокупность симптомов), обнаружили заболевание для внимательно наблюдающего и исследующего врача настолько полно, насколько это требуется для того, чтобы дать ему возможность излечить её.

§ 17

Затем, поскольку при лечении, приводящем к устранению всех осязаемых признаков и симптомов болезни, в то же самое время устраняются и внутренние изменения жизненного принципа, обусловливавшие заболевание а, следовательно, вся болезнь (10), постольку врач должен только устранить все симптомы для того, чтобы в то же самое время уничтожить внутреннее изменение, то есть патологическое расстройство жизненной силы, следовательно, болезнь во всей её целостности, самое болезнь (11). Когда уничтожается болезнь, и восстанавливается здоровье, достигается высшая и единственная цель врача, сознающего истинное своё назначение. Последнее состоит не в наукообразной болтовне, а в оказании помощи страждущему.

§ 18

Из той несомненной истины, что кроме совокупности всех симптомов и сопутствующих модальностей (§ 5) невозможно никакими средствами выделить в болезни ничего другого, чем выражалась бы потребность в помощи, безусловно следует, что в каждом индивидуальном случае совокупность всех симптомов и условий болезни должна быть единственным показанием, единственным ориентиром при выборе лекарства.

§ 19

Далее, поскольку болезни являются ничем иным, как изменениями в состоянии здоровья здорового индивидуума, проявляющимися болезненными признаками, а исцеление возможно также только благодаря изменению состояния здоровья больного индивидуума на здоровое состояние, совершенно очевидно, что лекарства никогда не смогли бы излечивать болезни, если бы не обладали силой изменять состояние здоровья человека, зависящее от ощущений и отправлений; что, на самом деле, своей целебной силой они обязаны исключительно способности изменять состояние здоровья человека.

§ 20

Эта духовная сила изменять состояние здоровья человека, скрытая во внутренней природе лекарств, никогда не может быть обнаружена нами лишь усилиями ума, мы можем составить ясное представление о ней только при опытном познании её проявлений при действии на состояния здоровья.

§ 21

Далее, поскольку несомненно, что целебный принцип лекарств неосязаем сам по себе, и поскольку в чистых экспериментах с лекарствами, предпринимаемыми самыми добросовестными наблюдателями, нельзя обнаружить ничего другого, что определяет их как лекарства, кроме их способности вызывать определённые изменения в состоянии здоровья человеческого тела, и, особенно, в теле здорового индивидуума, и в способности возбуждать различные определенные патологические симптомы, постольку в тех случаях, когда фармакологические препараты действуют как лекарства, они могут ввести в действие свои целебные силы не иначе, как благодаря способности изменять состояние здоровья человека, вызывая свойственные им специфические симптомы; и поэтому при раскрытии того, какими болезнетворными и в то же время какими лечебными силами обладает каждое отдельное лекарство, мы можем лишь полагаться на вызываемые им в здоровом теле патологические явления, как на единственно возможный способ раскрытия присущих ему целебных сил.

§ 22

Но так как нечто, подлежащее устранению для восстановления здоровья, кроме всей совокупности симптомов и признаков, и не должно наблюдаться при болезни, так же, как лекарства не могут проявить никаких целебных эффектов кроме их способности вызывать патологические симптомы у здоровых и устранять их у больных, то из этого следует, во-первых, что фармакологические препараты могут стать лекарствами только благодаря тому, что, возбуждая определённые эффекты и симптомы, или, лучше сказать, вызывая определённые искусственные болезненные состояния, лекарственные вещества устраняют и уничтожают уже имеющиеся, то есть естественное болезненное состояние, которое мы хотим излечить. Во-вторых, из этого следует, что для совокупности симптомов подлежащей лечению болезни должно быть найдено то лекарство, которое (в соответствии с экспериментальными данными о том, устраняет ли оно болезненные симптомы наиболее быстро, безусловно и окончательно, и восстанавливает ли здоровье посредством лекарственных, подобных или противоположных, симптомов (12)) зарекомендовало себя как имеющее наибольшую тенденцию вызывать подобные или противоположные симптомы.

§ 23

Тем не менее, самый чистый опыт и самые тщательные исследования убеждают нас, что длительно существующие симптомы болезни едва ли могут быть устранены и уничтожены противоположными симптомами лекарств (как при антипатическом, энантиопатическом или паллиативном методе) и что, напротив, после временного и кажущегося облегчения они прорываются вновь, но только с возросшей интенсивностью и тяжестью проявлений (см. §§ 58-62 и 69).

§ 24

Нe остается поэтому ни одного обещающего быть полезным при лечении болезней способа применения лекарств, кроме гомеопатического, при помощи которого мы ищем для совокупности всех симптомов каждого случая болезни лекарство, которое, по сравнению со всеми остальными лекарствами (патогенные эффекты которых известны благодаря испытаниям на здоровых индивидуумах) обладает силой и склонностью вызывать искусственное болезненное состояние, наиболее подобное таковому в подлежащем лечению случае.

§ 25

Чистый опыт (13), единственный и непогрешимый судья в искусстве исцеления, при самых тщательных испытаниях учит нас, что действенно то лекарство, которое проявляет в своём действии на здоровое человеческое тело способность вызывать наибольшее число симптомов, подобных тем, которые наблюдаются в подлежащем лечению случае заболевания, а также, при назначении доз подходящей потенции и разведения, быстро, радикально и окончательно устраняет совокупность симптомов этого болезненного состояния, то есть (§§ 6-16) всё заболевание, и изменяет его на состояние здоровья. Опыт учит нас также, что все лекарства исцеляют те болезни, симптомы которых в наибольшей степени сходны с их собственными, и не оставляют ни одного из них неизлеченным.

§ 26

Это определяется следующим гомеопатическим законом природы, иногда смутно предполагавшимся, но до сих пор полностью не осознанным, и которому в полной мере обязано каждое из осуществленных когда-либо истинных излечений. Более слабое динамическое поражение навсегда уничтожается в живом организме более сильным, если последнее (отличаясь по своей природе) чрезвычайно подобно первому в своих проявлениях (14).

§ 27

Целебная сила лекарств определяется, поэтому их симптомами, подобными болезни, но превосходящими её по своей силе (§§ 12-26), так что каждый отдельный случай болезни наиболее надёжно, радикально, быстро и окончательно уничтожается и устраняется только лекарством, способным вызвать (в организме человека) наиболее сходным и полным образом совокупность его симптомов, и которое в то же самое время сильнее болезни.

§ 28

Так как этот естественный закон лечения проявляется в каждом чистом эксперименте и при каждом верном наблюдении везде в мире, и факт его существования, следовательно, установлен, то не имеет большого значения, каким могло бы быть научное объяснение того, как это всё происходит, и я не придаю большого значения попыткам объяснить это. Однако следующая точка зрения представляется мне наиболее вероятной, поскольку основывается на предпосылках, почерпнутых из опыта.

§ 29

Поскольку каждое заболевание (не являющееся полностью хирургическим) заключается только в особом, болезненном, динамическом отклонении жизненной энергии (жизненного принципа), проявляющемся в ощущении и движении, постольку при каждом гомеопатическом излечении этот жизненный принцип, динамически повреждённый естественной болезнью, захватывается несколько более сильным искусственным болезненным проявлением через назначение лекарственной потенции, выбранной в точности в соответствии с подобием симптомов. Благодаря этому ощущение естественной (более слабой) динамической болезни ослабевает и исчезает. Эти болезненные проявления не существуют более для жизненного принципа, который теперь захвачен и управляется более сильной искусственной болезнью. Искусственная болезнь вскоре утрачивает свою силу, и пациент оказывается излеченным. Жизненный двигатель, освобожденный таким образом, может снова поддерживать жизнь в ее здоровом состоянии. Этот процесс наиболее вероятен, и отстаивающая его гипотеза основывается на следующих положениях.

§ 30

Здоровое человеческое тело в гораздо большей степени оказывается подверженным воздействию лекарств (отчасти потому, что величину дозы мы регулируем по собственному усмотрению), чем естественных патогенных воздействий, так как естественные болезни излечиваются и преодолеваются подходящими лекарствами (15).

§ 31

Враждебные силы, частично психические, частично физические, воздействию которых подвержено наше земное существование, и называющиеся болезненными вредными агентами, не обладают силой вызывать болезненные нарушения здоровья человека безусловно (16). Но мы можем заболеть под их влиянием, и организм, выведенный из состояния здоровья, претерпит ненормальные ощущения и отправления только в том случае, если он достаточно долго подвергался этим воздействиям и достаточно чувствителен к ним, следовательно, они не могут вызвать болезнь у каждого человека и каждый раз.

§ 32

Но совершенно противоположным образом дело обстоит с искусственными болезнетворными агентами, которые мы называем лекарствами. Каждое истинное лекарство действует всякий раз, при всех обстоятельствах, на каждого человека и называет у него свои особенные симптомы (ясно ощущаемые, если доза достаточно велика), таким образом, ясно, что каждый живой человеческий организм подвержен их воздействию и приобретает лекарственную болезнь всегда абсолютно (безусловно), чего, как было сказано выше, никогда не может быть при естественных заболеваниях.

§ 33

Опыт (17), в соответствии с этим фактом, несомненно указывает, что живой человеческий организм склонен и предрасположен к вредному воздействию лекарственных сил в гораздо большей степени, чем к воздействию вредных болезнетворных агентов и инфекционных миазмов, или, иначе говоря, он показывает, что болезнетворные вредные агенты способны болезненно нарушать здоровье человека, но воздействие их подчинено и обусловлено, часто значительно обусловлено, в то время как лекарственные агенты обладают абсолютным и безусловным воздействием, намного превосходя первые.

§ 34

Бoльшая сила искусственных болезней, вызванных лекарствами, не является, тем не менее, единственным объяснением способности последних излечивать естественные заболевания. Для того, чтобы они могли привести к исцелению, необходимо, прежде всего, чтобы они могли вызывать в теле человека искусственную болезнь, насколько возможно подобную заболеванию, подлежащему лечению. Искусственная болезнь, обладающая б?oльшей силой, переводит болезненное состояние инстинктивного жизненного принципа, не способного самого по себе ни к отражению, ни к запоминанию, в состояние чрезвычайно сходное. Она не только затеняет, но подавляет и, тем самым, уничтожает нарушение, вызванное естественным заболеванием. Это настолько верно, что ни одно уже существующее заболевание не может быть, даже самой Природой, вылечено посредством добавления нового несходного заболевания, сколь бы сильным оно не было. Так же мало может быть оно излечено врачами при помощи лекарств, не способных вызвать подобное болезненное состояние в здоровом теле.

§ 35

Для иллюстрации этих положений мы должны рассмотреть три различных случая, связанных как с естественно случающимся совпадением у одного человека двух несходных естественных болезней, так и с обычным лечением болезней неподходящими аллопатическими лекарствами, то есть лекарствами, не способными вызвать искусственное болезненное состояние, подобное подлежащему лечению заболеванию, в то время, когда даже сама Природа не может устранить уже существующую несходную болезнь негомеопатическим средством, какой бы силы оно не было, и когда также малоэффективно при лечении любых болезней негомеопатическое использование даже сильнейших лекарств.

§ 36

I. Если две несходные болезни равной силы встречаются одновременно у одного человека, или, особенно, если существовавшая ранее оказывается сильнее, то новое заболевание изгоняется из организма и не вызывает его поражения. Страдающий тяжёлым хроническим заболеванием больной не будет инфицирован умеренной осенней дизентерией или другой заразной болезнью. Левантийская чума, как пишет Ларри (18), не проявляется там, где преобладает цинга, а люди, страдающие экземой, не заболевают ею. Рахит, указывает Дженнер, препятствует действию вакцинации. Согласно фон Хильденбрандту, страдающие от легочной чахотки не восприимчивы к эпидемическим лихорадкам, если последние не оказываются очень заразными.

§ 37

Также и при обычном лечении старая хроническая болезнь остается неизлеченной и неизменённой, если лечение осуществляется в соответствии с обычным аллопатическим методом, то есть лекарствами, не способными вызвать у здорового индивидуума изменения, подобные болезни; это происходит даже в тех случаях, когда лечение длится годами, и применяемые лекарства не слишком разрушительны для здоровья (19). Всё это ежедневно подтверждается на практике и не нуждается в дальнейших иллюстрациях.

§ 38

II. Случаи, когда новое несходное заболевание оказывается сильнее. В этом случае заболевание, которым вначале страдал пациент, как более слабое, будет с наступлением более сильного отстранено и подавлено до тех пор, пока последнее не завершит цикл своего развития или не будет вылечено, и тогда старое заболевание проявится вновь неизлеченным. Тульпиус (20) наблюдал, что у двоих детей, страдавших одним из видов эпилепсии, на время прекратились припадки, когда они, заболели стригущим лишаем (tinea). Однако, как только высыпания на голове исчезли, припадки возобновились с прежней частотой. Шёпф (21) видел, как зуд проходил с развитием цинги, но появлялся снова после её окончания (22). Если мания развивается у туберкулёзного больного, то ею устраняется чахотка со всеми её симптомами, однако, когда мания проходит, чахотка немедленно возобновляется и оказывается фатальной (23). При совпадении эпидемий кори и оспы и инфицировании ими одного и того же ребёнка уже развившаяся корь подавляется присоединившейся несколько позднее оспой и не может завершить своего цикла развития до излечения оспы. Однако нередко случается, что и привитая оспа, как это наблюдал Манге (24), подавляется на четыре дня наслоением кори, и завершает свой цикл после развития периода шелушения последней. Даже в тех случаях, когда прививка оспы была произведена шесть дней назад, корь задерживает воспаление в месте прививки на одном уровне, и оспа не развивается до тех пор, пока корь не совершит свой обычный семидневный цикл развития (25). При эпидемиях кори многие инфицируются на четвертый или пятый день после прививки оспы, и корь препятствует развитию последней до окончания сноего собственною курса, после чего оспа всегда появляется и проходит цикл своего обычного развития (26). Истинная, гладкая, рожеподобная скарлатина Сиденгема (27) с ангиной подавлялась на четвёртый день высыпаниями коровьей оспы и не возобновлялась до окончания курса последней. Однако в другом случае, когда оба заболевания казались равной силы, коровья оспа была подавлена на восьмой день наслоением истинной, гладкой скарлатины Сиденгема, и её красный очажок исчез до окончания скарлатины, после чего коровья оспа возобновила немедленно своё течение и завершила его обычным образом (28). Корь подавила развитие коровьей оспы на восьмой день течения последней, практически на пике заболевания, развилась корь; она подавила дальнейшее течение коровьей оспы, и последняя не могла завершить своего цикла до развития коревого шелушения, так что на шестнадцатый день болезни, по наблюдениям Кортума (29), больной выглядел так же, как и на десятый.
Даже после начала кори прививка коровьей оспы, хотя и вступает в силу, но болезнь не совершает своего обычного развития до исчезновения кори, что также наблюдал Кортум (30).
Я сам видел, что свинка (angina parotidea) немедленно исчезла, как только вступила в силу и почти достигла максимума прививка коровьей оспы, и только после окончания последней и исчезновения её красного очажка это сопровождающееся лихорадкой и вызываемое специфическим миазмом опухание околоушных и подчелюстных желез восстановилось и совершило свой обычный семидневный цикл развития.
Так происходит со всеми несходными болезнями; более сильная подавляет более слабую (когда они не осложняют одна другую, что редко случается при острых заболеваниях), но никогда одна не излечивает другую.

§ 39

Последователи обычной медицинской школы наблюдали всё это в течение многих веков; они видели, что сама Природа не может вылечить болезнь развитием другой, какой бы сильной та ни была, если новая болезнь несходна с уже существующей в теле человека. Что же должны мы думать о них после того, как они, тем не менее, продолжали лечить хронические болезни аллопатическими лекарствами, то есть лекарствами и их смесями, способными вызвать Бог ведает какое болезненное состояние, но только не подобное подлежащей лечению болезни? И даже если врачи до сих пор не присматривались внимательно к Природе, жалкие результаты их лечения должны были бы указать им, что они идут по ложному пути. Неужели при лечении хронической болезни агрессивными, по своему обыкновению, аллопатическими средствами они не понимали, что тем самым всего лишь создают искусственную болезнь несходную с уже имеющей место, которая лишь временно приостанавливает и подавляет основное заболевание, всегда возвращающееся как только истощение сил больного делает невозможным продолжение аллопатических атак на его жизнь? Так, зудящие сыпи безусловно и очень скоро очищают кожу после назначения частых приемов сильных слабительных, но как только больной становится не в состоянии выносить более искусственную (несходную) болезнь кишок и принимать слабительные, то или восстанавливаются прежние сыпи, или развиваются тяжелые симптомы внутренней псоры, и пациент, в дополнение к неослабленному основному заболеванию, оказывается вынужденным страдать от вызванных несварением болей и недостатка изгоняющей силы кишечника. Так, если обычные врачи, с целью искоренения хронической болезни, создают и поддерживают искусственные язвы и выпускники на коже, то они НИКОГДА не достигают цели, они НИКОГДА не смогут вылечить болезнь таким образом, поскольку эти искусственные кожные язвы совершенно чужеродны и аллопатичны внутреннему поражению, но поскольку раздражение, вызываемое несколькими тканями, оказывается, по крайней мере иногда, более сильным (несходным) заболеванием, чем уже существующее, постольку последнее иногда несколько ослабляется и подавляется на неделю или две. Но оно всего лишь подавляется и ненадолго, а силы пациента, тем временем, неуклонно тают. Эпилепсия, как свидетельствуют Пеклин (31) и другие авторы, подавляемая, если они берутся за лечение, в течение многих лет выпускниками, неизбежно возвращается в более тяжёлой форме. Но ни слабительные при зуде, ни выпускники при эпилепсии не могут быть более гетерогенными, более несходными нарушающими агентами, не могут быть более аллопатическим, более истощающим методом лечения, чем их привычные прописи, составляемые из неизвестных ингредиентов и используемые в обычной практике для лечения других, безымянных и бесчисленных видов болезней. Они также лишь истощают больного и только на короткое время подавляют или приостанавливают заболевание, будучи не в состоянии вылечить его, а при длительном использовании всегда добавляют к старой болезни новую.

§ 40

III. В случае, когда новое заболевание, после длительного воздействия иа организм, наконец, присоединяется к старой несходной болезни и образует вместе с ней комплексное заболевание, то каждая из них занимает своё место в организме, то есть наиболее подходящие органы и принадлежащие ей области, предоставляя остальное другому несходному заболеванию. Так, сифилитический пациент может стать псорическим и vice versa. Так как две болезни несходны между собой, то они не могут ни устранить, ни излечить друг друга. Поначалу, с появлением псорических высыпаний, венерические симптомы затихают и приостанавливаются, но с течением времени (поскольку сифилис, по крайней мере, не уступает по силе псоре) они соединяются (32), то есть вовлекают в болезненный процесс соответствующие им части тела, и болезнь тем самым оказывается более тяжёлой и труднее поддаётся лечению.
Когда встречаются две несходные острые болезни, как, например, корь и оспа, то обычно, как уже говорилось выше, одна подавляет другую. Тем не менее, при подобных тяжелых эпидемических заболеваниях, были редкие случаи, когда две несходные острые болезни одновременно возникали в одном теле и объединялись на короткое время. При эпидемии, в течение которой одновременно преобладали оспа и корь, П. Рассел (33) только в одном случае из трехсот (в которых эти болезни устраняли или подавляли друг друга, и корь развивалась через двадцать дней после начала оспы, а оспа — на семнадцатый или восемнадцатый день кори, так что развившееся ранее заболевание проделывало свой обычный цикл развития) одновременно встретил оба эти несходные заболевания у одного человека. Рейни (34) свидетельствует о совпадении оспы и кори у двух девочек. Дж. Морис (35) за всю свою практику наблюдал только два таких случая. Близкие случаи описываются в работах Этмюллера (36) и некоторых других.
Ценкер (37) видел, как оспа совершала свои обычный цикл развития при совпадении с корью и с пурпурой.
Дженнер наблюдал, как оспа проделала свой неизмененный курс при ртутном лечении сифилиса.

§ 41

Гораздо чаще, чем сочетание естественных болезней у одного и того же человека и их взаимное осложнение, наблюдаются болезненные осложнения, вызываемые в результате неверного лекарственного лечения (аллопатический метод), длительным использованием неподходящих лекарств. К естественной болезни, подлежащей лечению, добавляются тогда, благодаря постоянному повторению, назначения неподходящих лекарственных средств, новые, часто очень длительные, болезненные состояния, соответствующие природе этого средства. Они постепенно сливаются с исходным старым заболеванием (которое они не могли излечить на основании подобия действия, то есть гомеопатически) и осложняют его, добавляя к старой болезни новое, несходное искусственное хроническое заболевание и ставя тем самым пациента перед лицом уже двух, а не одной, болезней, существенно отягчая его состояние и делая лечение очень трудным, часто почти невозможным. Многие случаи, совета по поводу которых спрашивают в медицинских журналах, а также многие случаи, описанные в медицинских сочинениях, подтверждают истинность сказанного. Сходны с описанной ситуацией и те частые случаи, когда венерическая болезнь шанкра, особенно осложнённая псорой или дискразией, обусловленной кондиломатозной гонореей, не только не излечивается продолжительным или часто повторяющимся назначением неподходящих меркурнальных препаратов, но и захватывает своё место в организме наряду с постепенно развившейся тем временем ртутной интоксикацией 38, и образует именно с ней ужасного монстра сложного заболевания (под общим названием маскированной венерической болезни), которое, если и излечивается, то лишь с величайшими трудностями.

§42

Сама Природа допускает в некоторых случаях, как уже было указано, одновременное существование двух (и даже трех) естественных болезней у одного и того же человека. Следует отметить, что это осложнение случается, тем не менее, лишь при сочетании двух несходных болезней, которые, согласно вечным законам природы, не устраняют, не уничтожают и не излечивают друг друга, но, кажется, обе (или все три) продолжают раздельное существование в организме и, сохраняя свое влияние над восприимчивыми к ним частями и органами тела, часто не представляют вследствие несходства их природы существенной угрозы жизни.

§ 43

Совершенно противоположным оказывается результат сочетания в организме двух подобных заболеваний, то есть присоединения к болезни уже существующей новой, подобной ей и более сильной. В этих случаях мы видим, как излечение может быть достигнуто силами природы, и получаем наглядные уроки того, как лечение должно осуществляться и человеком.

§ 44

Две подобные болезни не могут ни подавить (возможность чего для несходных заболеваний была показана в примере I), ни временно приостановить одна другую (как было описано для несходных болезней в примере II), таким образом, чтобы старая возобновила своё течение после окончания новой. Так же мало могут две подобные болезни (что было описано в случае несходных болезней в примере III) совместно существовать в одном и том же организме или совместно образовывать удвоенное сложное заболевание.

§ 45

Напротив! Две болезни, различающиеся по своей сущности (Vide, supra, § 26, Прим.), но крайне сходные в проявлениях и вызываемых ими страданиях и симптомах, безусловно уничтожают одна другую, когда бы они не встретились в организме. Более сильное заболевание уничтожает менее сильное по той простой причине, что при воздействии на организм поражает в точности те же самые части тела, что и существовавшая ранее менее сильная болезнь. Последняя, поэтому, подавляется и перестает вызывать характерные для неё эффекты (39). Другими словами, новое, подобное и более сильное воздействие начинает определять ощущения пациента, и жизненный принцип, тем самым, вследствие специфичности этого воздействия, становится нечувствительным к более слабому, подавленному и не существующему более заболеванию, поскольку оно никогда не было чем-то материальным, но лишь динамическим, духовным расстройством. Жизненный принцип, следовательно, оказывается поражённым, да и то лишь временно, новым подобным патогенным воздействием.

§ 46

Можно было бы привести множество примеров заболеваний, излеченных в соответствии с естественными законами, присоединением других, проявляющихся сходными симптомами, болезней. Однако это не является необходимым, поскольку наша цель состоит в том, чтобы говорить о чём-то определённом и несомненном, ограничить наше внимание исключительно теми (несколькими) заболеваниями, каждое из которых выделено в очерченную нозологическую единицу, вызывается конкретным миазмом и обладает собственным чётким наименованием.
Выдающееся положение среди них занимает оспа, наводящая ужас большим количеством опасных симптомов. Она устранила и излечила множество болезней со сходными проявлениями.
Как часто вызывает оспа жестокую офтальмию, иногда приводящую даже к слепоте! И вот смотрите (!), привив её, Дезото (40) окончательно вылечил хроническую офтальмию, и Лерой (41) продемонстрировал ещё один случай такого же излечения.
Ею же, по сообщению Клейна (42), была совершенно излечена существовавшая уже два года слепота, развившаяся после подавления парши.
Как часто вызывает оспа глухоту и одышку! И оба этих хронических заболевания, по наблюдениям Дж. Фр. Клосса (43), она устранила, достигнув своего максимума.
Частым симптомом оспы является опухание яичек, и даже очень сильное. Именно вследствие этого она cмогла, благодаря подобию своих проявлений, излечить, как это наблюдал, Кляйн (44), большую твёрдую опухоль левого яичка, образовавшуюся после ушиба. Еще один наблюдатель (45) описал излечение похожей опухоли яичка.
Среди мучительных симптомов оспы есть и состояние кишок, подобное развивающемуся при дизентерии, и оспа, как подобный патогенный фактор, подавила, по наблюдениям Фр. Вендта (46), случаи заболевания дизентерией.
Оспа, развивающаяся после прививки, совершенно устраняет гомеопатически, вследствие большей силы и значительного подобия, симптомы коровьей оспы и не дает ей развиться полностью. Но в то же время, коровья оспа, достигшая максимума своего развития, вследствие выраженного сходства, гомеопатически значительно ослабляет развивающуюся вслед за ней оспу существенно уменьшает её тяжесть (47), как свидетельствуют Мюри (48) и многие другие.
Привитая коровья оспа, жидкость которой наряду с защитным веществом содержит и вещество заразное, вызывающее распространённые кожные высыпания иного характера, состоящие из небольших сухих (изредка больших и нагнаивающихся узелков с маленьким красным кружком вокруг, часто совпадает с круглыми красными пятнами на коже, сопровождающимися чрезвычайно сильным зудом. Они не так уж редко появляются за несколько дней до красного кружка коровьей оспы, но, всё-таки, гораздо чаще несколькими днями после него и оставляют после себя маленькие красные пятна на коже. Многие наблюдатели указывают (49), что благодаря подобию этого добавочного миазма, коровья оспа совершенно и окончательно излечивает аналогичные, часто уже длительно существующие и мучительные, кожные высыпания у детей.
Коровья оспа, специфическим симптомом которой является опухание руки (50), излечила опухшую и наполовину парализованную руку (51).
Лихорадка, сопровождающая коровью оспу и появляющаяся в период образования красного кружка, гомеопатически излечила, по наблюдениям младшего Хардеджа (52), два случая перемежающейся лихорадки. Эти наблюдения подтверждают отмеченный ранее Дж. Хантером (53) факт невозможности сосуществования лихорадок (подобных заболеваний) у одного и того же человека.
Характером лихорадки и кашля корь сильно напоминает, и поэтому Босквиллон (54) отметил, что при эпидемиях, при которых распространялись оба эти заболевания, многие дети, поражённые корью, не заболевали коклюшем. Корь защитила бы от заражения коклюшем их всех и при всех последующих эпидемиях, если бы только коклюш не был бы заболеванием, лишь части напоминающим корь, то есть если бы в числе его симптомов была и кожная сыпь, характерная для кори. Но поскольку он, тем не менее, ею не обладает, корь может только предотвратить инфицирование большого числа детей, да и то лишь при одновременном распространении эпидемий.
Если, тем не менее, корь совпадает с заболеванием, обладающим её ведущим симптомом, сыпью, то она безусловно может устранить и гомеопатически излечить (55) это последнее. Так, по наблюдениям Кортума (56), хронические герпетические высыпания были полностью и окончательно (гомеопатически) излечены в результате развития кори. Милиарная сыпь на лице, шее и руках, сопровождающаяся чрезвычайным жжением, усиливавшаяся при каждой перемене погоды и существовавшая на протяжении шести лет, после инфицирования корью приобрела вид опухоли на поверхности кожи, а по завершении течения кори экзантема была излечена и более не возобновлялась (57).

§ 47

Ничто, кроме вышеописанного, не может более ясно и понятно научить врача тому, какой искусственный патогенный агент (лекарство) он должен избрать для того, чтобы лечить безусловно, быстро и окончательно, в соответствии с процессами, имеющими место в природе.

§ 48

Ни усилия природы, как мы это видели выше, ни искусство врача, не могут ни в одном случае устранить уже существующее поражение посредством несходного патогенного агента, сколь бы сильным он не был. Этой цели можно достичь в соответствии с неизменными законами природы, не известными до сего времени, исключительно при помощи фактора, подобного своими симптомами и несколько более сильного.

§ 49

Мы смогли бы узнать и гораздо большее число действительных гомеопатических излечений такого рода, если бы, с одной стороны, наблюдатели были бы более внимательны к ним, а с другой — если бы в природе не было такого недостатка в полезных гомеопатических заболеваниях.

§ 50

Сама Могущественная Природа, как мы уже видели, мало что имеет в своём распоряжении в качестве инструментов гомеопатического лечения, кроме заразных болезней постоянного характера (чесотка), кори и оспы (58), то есть патогенных агентов такого рода (59), что, выступая в качестве лекарств, они оказываются более опасными для жизни, чем заболевание, которое они должны излечить, или же такими (как чесотка), которые, вызвав исцеление, сами, в свою очередь, нуждаются в лечении и искоренении. Оба эти обстоятельства делают их применение в качестве гомеопатических лекарств затруднительным, сомнительным и опасным. И сколь ничтожно число заболеваний, находящих подобное лекарство в коре, оспе и чесотке, среди болезней, которым подвержен человек! Таким образом, естественным путем лишь немногие болезни могут быть излечены при помощи этих, сомнительных и небезопасных, гомеопатических средств, а лечение с их помощью связано с опасностью и большими трудностями ещё и потому, что дозы их не могут быть, подобно дозам лекарств, уменьшены в соответствии с обстоятельствами. Пациент же, подвергшийся воздействию аналогичного заболевания хронического характера, поражается опасной и длительной болезнью, оспой, корью (или чесоткой), в свою очередь требующей излечения. И, тем не менее, мы можем указать на некоторые поразительные гомеопатические излечения, достигнутые благодаря счастливому совпадению, и видим так много неопровержимых доказетельств единственного целебного закона природы, проявляющегося и них: Лечи на основании подобия симптомов!

§ 51

Эти факты делают указанный терапевтический закон совершенно очевидным всякому разумному человеку, и их вполне достаточно для этого. Однако, с другой стороны, посмотрите, какие преимущества имеет человек над неразумной Природой с её случайными действиями. На сколько же тысяч гомеопатических патогенных агентов больше среди лекарственных веществ, распространённых во всём мироздании, имеет человек в своём распоряжении для помощи страждущим собратьям! Среди них он имеет возбудителей всевозможных болезней, для всех бесчисленных, мыслимых и немыслимых естественных заболеваний, при которых они могут оказать гомеопатическую помощь — патогенных агентов (лекарственные вещества), сила которых, после завершения их лечебного воздействия, преодолевается жизненной силой, спонтанно исчезающих и не требующих, подобно чесотке, дополнительного лечения для их устранения — искусственных патогенных агентов, которые врач может разводить, разделять и потенцировать до бесконечности, и доза которых может быть уменьшена до такой степени, что они будут лишь чуть сильнее естественного заболевания, излечить которое они призваны. Таким образом, при этом несравненном методе лечения даже и в случаях самих давних заболеваний, нет необходимости в ожесточенных нападках на организм ради их искоренения. Лечение при этом методе осуществляется лишь в виде мягкого, незаметного и, тем не менее, быстрого перехода от мучительного естественного заболевания к столь желанному состоянию постоянного здоровья.

§ 52

Существуют лишь два главных метода лечения: первый, основанный лишь на внимательном наблюдении за природой, тщательном экспериментировании и чистом опыте, гомеопатический (никогда ранее осознанно не применявшийся) и второй, который не использует всего этого, гетеропатический, или аллопатический. Каждый из них исключает другой метод, и только тот, кто не знает ни одного нз них, может впасть в заблуждение, будто они могут когда-либо сблизиться и даже объединиться, или может, следуя желанию больного, выставить себя в смешном свете, чередуя попеременно оба метода и совершая тем самым тяжкое преступление против божественной гомеопатии.

§ 53

Действительно милосердные излечения осуществляются только в соответствии с гомеопатическим методом, который, как мы выянили ранее (§§ 7-25) при помощи опыта и дедукции, является, без сомнения, подлинным методом лечения, искусство которого позволяет добиться исцеления наиболее быстро, надежно и необратимо, поскольку основано оно на вечном неопровержимом законе природы.
Подлинное гомеопатическое целебное искусство является единственно верным методом, единственно подходящим для человеческого искусства, единственным прямым путем к исцелению, так же как не может быть более одной прямой между двумя заданными точками.

§ 54

Аллопатический метод, веками главенствовавший в различных системах, применяет против болезни множество средств, обычно, однако, неподходящих (alloca) случаю. Каждая из этих систем, время от времени сменяющих друг друга и значительно отличающихся одна от другой, присваивала себе гордое наименование Рациональной Медицины (60). Создатель каждой такой системы надменно полагал, что мог проникать во внутреннюю природу жизни в здоровом и больном её состоянии, ясно распознавать её проявления и, соответственно, предписывать какую болезнетворную материю (61) следует устранять из тела больного, что знал, как изгнать её для того, чтобы вернуть ему здоровье, и что мог делать всё это в соответствии с необоснованными предположениями и случайными догадками без того, чтобы, честно вопрошая природу, прислушиваться без предубеждения к голосу опыта. Заболевания считались состояниями, практически всегда возобновляющимися в одном и том же виде. Большинство систем давали, таким образом, наименования этим воображаемым картинам болезней и классифицировали их каждая по-своему. Лекарствам приписывались свойства, которые, как предполагалось, могли излечивать эти ненормальные состояния. (Отсюда бесчисленные книги по Materia medica) (62).

§ 55

Вскоре, однако, широкая публика осознала, что при тщательном следовании любой из этих систем неизбежно увеличиваются и утяжеляются страдания больного. Ещё задолго до этого аллопаты были бы оставлены пациентами, если бы не паллиативные облегчения, производимые эмпирически найденными лекарствами, почти моментальное ослабляющее страдание, действие которых было очевидно для больных и поддерживало доверие к врачам.

§ 56

При помощи этого паллиативного (антипатического, энаптиопатического) метода, введенного семнадцать столетий назад в соответствии с учением Галена «Contraria contrariis», врачи до сих пор могли сохранять доверие своих пациентов, которых они обманывали почти моментальными облегчениями. Однако из нижеследующего мы увидим, насколько бесполезным и даже вредным (в болезнях длительного течения) был этот метод в своих основах. Это, конечно, единственный из применяемых аллопатами методов, имеющий явное отношение к части вызванных естественной болезнью страданий, но что это за отношение? В действительности это то самое отношение (прямо противоположное верному), которого следует всячески избегать, если мы не хотим обманывать пациента, поражённого хронической болезнью (63), или издеваться над ним.

§ 57

Применяя этот антипатический метод на практике, обычный врач назначает против одного из многих других, оставляемых без внимания, беспокоящих симптомов, средство, о котором известно, что оно вызывает симптом прямо противоположный тому, который предполагается подавить, на основании чего и ожидается скорейшее (паллиативное) облегчение. Он назначает большие дозы опиума, для любых болей, поскольку это средство вскоре притупляет чувствительность; прописывает то же лекарство при различных видах поноса, поскольку оно быстро останавливает перистальтику кишечника и вызывает снижение его чувствительности; его же он назначает и при бессоннице, поскольку опиум быстро вызывает оглушение и коматозный сон; он назначает слабительные пациенту, страдающему от запора; предписывает держать обожженную руку в холодной воде, которая, благодаря разности температур, мгновенно, как по волшебству, устраняет жгучие боли; он погружает пациента, жалующегося на ознобы и недостаток жизненного тепла, в теплые ванны, которые сразу же согревают его; длительно страдающего слабостью он заставляет пить вино, поскольку больной тем самым моментально оживляется и взбадривается; и, сходным образом, он применяет другие противоположные (антипатические) лекарственные средства, хотя имеет их лишь чуть больше перечисленных здесь, так как специфическое (первичное) действие лишь небольшого числа веществ известно обычной медицинской школе.

§ 58

Способ этот ведет к чрезвычайно несовершенному симптоматическому лечению (см. прим. к § 7), при котором врач односторонне рассматривает болезнь, направляет своё внимание на единичный симптом и, следовательно, лишь на небольшую часть целого, от чего, очевидно, нельзя ожидать столь желанной больным помощи против всей совокупности симптомов. Если даже, оценивая значимость указанного метода, расценить это обстоятельство как второстепенное, то всё-таки необходимо поинтересоваться, а был ли хотя бы один случай, когда такое антипатическое использование лекарств было полезно при хроническом или длительном заболевании, когда после временного облегчения оно не вызвало ещё большего обострения паллиативно подавляемого симптома, обострения всего заболевания? Каждый внимательный наблюдатель согласится, что во всех случаях без исключения за коротким антипатическим облегчением следует ухудшение. Обычные врачи, тем не менее, привыкли давать другое объяснение последующему ухудшению и приписывают его злокачественности исходного заболевания, только теперь проявляющегося впервые, или же развитию совершенно нового заболевания (64).

§ 59

Важные симптомы хронических болезней никогда не облегчались этими антагонистическими паллиативными средствами без того, чтобы не вызвать противоположного состояния, рецидива или ощутимого обострения болезни, развивающегося несколькими часами позже. При постоянной сонливости днём врач прописывал кофе, первичное действие которого состоит в оживлении; когда же его действие заканчивалось, сонливость усиливалась; при частых ночных пробуждениях он, упуская из виду другие симптомы, назначал в вечернее время опиум, который в своём первичном действии вызывает тот же ночной (оглушённый, тупой) сон, однако в последующие ночи пациент ещё более страдал от бессонницы, чем до лечения; хроническим поносам, он, невзирая на другие признаки, противопоставлял тот же опиум, первичное действие которого запирает кишки, и вслед за временным прекращением поноса следовало его усиление; жестокие и часто повторяющиеся боли всех видов он мог подавлять опиумом, но лишь на короткое время; они всегда возвращались с возросшей, часто неперепосимой интенсивностью или заменялись гораздо более тяжким поражением. При длительном ночном кашле врач не мог придумать ничего лучшего, чем назначить опиум, первичное действие которого направлено на подавление всякого раздражения: кашель возможно и подавлялся в первую ночь, но в последующие ночи он становился ещё более жестоким; если же его снова и снова подавляли возрастающими дозами паллиативного средства, то к нему добавлялись лихорадка и ночной пот; слабость мочевого пузыря, приводящую к задержке мочи, предполагалось преодолевать шпанскими мушками, стимулирующими отхождение мочи, чем на первых порах, конечно же, вызывалось усиление мочеотделения, но впоследствии мочевой пузырь становился всё менее возбудимым и сократимым, неизбежно развивался его паралич; предполагалось устранять хронические запоры большими дозами слабительных, вызывающих в первичном действии учащение дефекации, но во вторичном действии запор лишь усиливался; обычный врач пытался устранить хроническую слабость назначением вина, стимулирующего лишь в своем первичном действии и ослабляющего ещё сильнее во вторичном; при помощи горьких веществ и согревающих приправ он старался увеличить силы хронически ослабленного и холодного желудка, но во вторичном действии этих паллиативных средств, стимулирующих только при первичном воздействии, желудок становился ещё менее активным; хронический недостаток жизненной теплоты и ознобы безусловно устранялись горячей ванной, но во вторичном действии пациент становился еще более слабым, холодным и зябким, чем ранее; тяжко обожжённые части испытывали облегчение сразу же после приложения к ним холодной воды, но впоследствии жгучие боли обострялись в невероятной степени, а воспаление усиливалось и распространялось ещё больше (64а); при помощи чихательных средств, усиливающих выделение слизи, предполагалось лечить насморк с длительной заложенностью носа, но от внимания врача ускользало то, что болезнь ещё более обострялась этими антагонистическими средствами (в их вторичном действии), и нос становился ещё более заложенным; при помощи электричества, значительно стимулирующего в своём первичном действии мышечную деятельность, быстро добивались активизации уже почти парализованных конечностей, однако следствием такого лечения (вторичное действие) было полное исчезновение мышечной раздражимости и полный паралич; при помощи венесекций пытались устранить хронические приливы крови к голове, но за ними всегда следовало ещё большее полнокровие; практики обычной медицинской школы не знали для лечения паралитического ступора телесных и умственных сил, сочетающегося с отсутствием сознания и развивающегося при многих видах тифа, ничего лучшего, чем валериана, потому что она явилась одним из сильнейших лекарственных средств, вызывавших оживление и увеличивавших способность к движениям; однако вследствие своего невежества они не знали, что эффект этот обусловлен первичным действием валерианы, и после его завершения, во вторичном (антагонистическом) действии, организм погрузится в ещё более глубокий ступор и обездвиженность, то есть в состояние паралича духовных и телесных сил (смерти); они не видели, что те самые заболевания, которые они чаще всего подавляли валерианой, являющейся в этих случаях противоположно действующим, антипатическим средством, практически неизбежно оканчивалось роковым образом. Врач старой школы радуется (65) тому, что может на несколько ч
асов уменьшить частоту малого ускоренного пульса кахектического пациента уже первой дозой ни с чем не смешанной наперстянки пурпурной (которая в своём первичном действии замедляет пульс); вскоре, однако, восстанавливается прежняя частота пульса, повторные и увеличивающиеся раз от разу дозы вызывают теперь всё меньшее снижение частоты пульса, а вскоре и вовсе перестают влиять на него. На самом же деле, во вторичном действии, пульс уже невозможно сосчитать, сон, аппетит и силы пропадают, и вскоре практически неизбежно, иногда на фоне умопомешательства, следует смерть. Как часто, короче говоря, болезни обостряются и даже отягчаются вторичным действием таких антагонистических (антипатических) средств. Старая школа с её ложными теориями не осознаёт этого, но опыт, на ужасных примерах, не перестает учить нас.

§ 60

При возникновении осложнений, чего вполне естественно ожидать при антипатическом использовании лекарств, обычные врачи полагают, что могут преодолеть затруднения назначением по поводу каждого нового обострения большей дозы лекарства, хотя достигаемое при этом облегчение (66) столь же непродолжительно. А поскольку необходимость назначения постоянно увеличивающихся доз паллиативного средства лишь возрастает, то неизбежно развивается или другое, более серьезное заболевание, или же уже существующее становится неизлечимым, опасным для жизни и даже смертельным. Но сколь-нибудь продолжительное или значительное излечение не достигается никогда.

§ 61

Если бы врачи могли осознавать прискорбные результаты антагонистического использования лекарств, то они давно бы пришли к великой истине, ЧТО ПОДЛИННО РАДИКАЛЬНОЕ ИСЦЕЛЯЮЩЕЕ ИСКУССТВО ДОЛЖНО ОСНОВЫВАТЬСЯ НА ПРИНЦИПАХ, СОВЕРШЕННО ПРОТИВОПОЛОЖНЫХ АНТИПАТИЧЕСКОМУ ЛЕЧЕНИЮ СИМПТОМОВ БОЛЕЗНИ, они бы узнали, что антагонистическое лекарственное воздействие на симптомы болезни (антипатическое применение лекарства) сопровождается лишь временным облегчением, и безусловным обострением по его завершении. Противоположно этому, гомеопатическое использование лекарств в соответствии с подобием симптомов должно вызывать окончательное и совершенное излечение, если при этом, вопреки привычному назначению больших доз лекарств, будут назначаться их мельчайшие дозы. Однако ни очевидные обострения, развивающиеся в результате антипатического лечения, ни тот факт, что ни одному врачу ни разу не удалось добиться окончательного излечения сколь-нибудь значительного или длительного заболевания, если только гомеопатическое лекарство случайно не оказывалось ингредиентом его прописи, ни даже то обстоятельство, что все, когда-либо естественно произошедшие излечения (§ 46), были обусловлены присоединением к старому заболеванию нового, подобного по проявлениям, не могли в течение многих столетий научить их той истине, знание которой только лишь и может привести к благу больного.

§ 62

Однако то, чем определяются пагубные результаты паллиативного антипатического лечения и эффективность противоположного ему лечения гомеопатического, объясняется следующими выведенными из многочисленных наблюдений фактами. Никем до меня они не были осознаны, несмотря на их очевидность, ощутимость и бесконечную значимость для врачебного искусства.

§ 63

Каждый фактор, каждое лекарство, действующее на жизненную силу, более или менее нарушает её и вызывает определённые изменения в здоровье человека на больший или меньший период времени. Это называется первичным действием. Оно хотя и является результатом совместного действия лекарства и жизненной силы, но, главным образом, обусловлено всё-таки первым. Его действию наша жизненная сила пытается противопоставить собственную энергию. Это ответное явление присуще уже нашей жизнеохраняющей силe и является её симптоматической реакцией, называемой вторичным действием или противодействием.

§ 64

В следующих примерах будет показано, что во время первичного действия искусственных патогенных агентов (лекарств) на наше здоровое тело, жизненная сила, кажется, играет лишь пассивную (воспринимающую) роль, и вынуждена позволять действующим снаружи воздействиям искусственной силы проникать внутрь неё и вызвать, тем самым, изменения в состоянии здоровья. Затем она вновь пробуждается и вызывает (а) состояние здоровья прямо противоположное, если таковое существует в природе (противодействие, вторичное действие), произведённому на неё воздействию (первичное действие) тем более сильное, чем сильнее было это воздействие (первичное действие) искусственного патогенного или лекарственного агента, и в соответствии с собственной энергией; или же (б), если в природе не существует состояния, прямо противоположного первичному действию, она пытается лишь избавиться от его последствий, то есть своей превосходящей силой устранить нарушения, обусловленные внешним (лекарственным) воздействием и восстановить своё нормальное состояние (вторичное действие, целебное действие).

§ 65

Примеры первого случая (а) известны всем. Рука, опущенная в горячую воду, сначала становится гораздо теплее оставленной снаружи (первичное действие), но если её вынуть из горячей воды и тщательно вытереть, то она вскоре станет более холодной, чем вторая, и останется такой в течение длительного времени (вторичное действие). Человек, разогревшийся интенсивнымн упражнениями (первичное действие), впоследствии начинает дрожать и зябнуть (вторичное действие). Разогретому вчера излишним употреблением вина человеку (первичное действие) каждый глоток воздуха сегодня кажется слишком холодным (противодействие организма, вторичное действие). Рука, длительно находящаяся в холодной воде, сначала оказывается значительно бледнее и холоднее другой (первичное действие), но, вынутая из воды и вытертая, она становится не просто теплее другой, но даже горячей, красной и воспалённой (вторичное действие, реакция жизненной силы). Избыточное оживление развивается после чашки крепкого кофе (первичное действие) и на длительное время сменяется медлительностью и сонливостью (реакция, вторичное действие), если только они вновь не устраняются ненадолго новой чашкой кофе (паллиативного средства). В ночь, следующую после глубокого, оглушённого, вызванного опиумом сна (первичное действие), больной будет страдать от бессонницы (реакция, вторичное действие). За вызванного опиумом запором (первичное действие) следует понос (вторичное действие), а после обусловленного раздражающими кишечник средствами поноса развивается запор, сохраняющийся в течение нескольких дней (вторичное действие). Точно так же всегда, после первичного действия лекарства, вызывающего в больших дозах изменения в состоянии здорового человека, развивается состояние, совершенно ему противоположное, если, как уже было указано, таковое вообще существует в природе, и обусловленное вторичным действием нашей жизненной силы.

§ 66

Несложно понять, что очевидное антагонистическое вторичное действие не будет заметно при действии минимальных гомеопатических доз нарушающих агентов на здорового человека. Небольшая доза каждого из них, конечно же, вызовет первичное действие, заметное достаточно внимательному наблюдателю, но живой организм возбудит против него лишь такую реакцию (вторичное действие), которая будет необходима для восстановления нормального состояния.

§ 67

Эти бесспорные истины, спонтанно открывающиеся нашему наблюдению в природе и эксперименте, объясняют благотворное действие гомеопатического лечения, показывая в то же время извращённый характер антипатического и паллиативного лечения болезней антагонистически действующими средствами (67).

§ 68

Опыт гомеопатических излечений учит нас следующему. Воздействия непривычно малых (§§ 275-287) доз лекарств, применяемых при этом методе, достаточно, благодаря подобию их симптомов, для преодоления подобного естественного заболевания и прекращения его воздействия на жизненный принцип. Безусловно, что после уничтожения естественного заболевания в организме остаётся только определённой силы лекарственная болезнь, которая, вследствие необычной малости дозы, столь непродолжительна, легка и столь быстро исчезает сама по себе, что жизненной силе нет необходимости в возбуждении против этого небольшого искусственного нарушения никакой сколь-нибудь значительной реакции, направленной на восстановление прежнего состояния здоровья. То есть это воздействие будет достаточным для достижения полного выздоровления, ради которого после подавления предыдущего болезненного расстройства потребуется лишь небольшое усилие (§ 646).

§ 69

Совершенно противоположное имеет место при антипатическом (паллиативном) методе лечения. Лекарственный симптом, который врач противопоставляет симптому болезненному (например, бесчувственность и отупление, вызываемые в первичном действии опиума, противопоставляются острой боли), конечно же, не является чужеродным, аллопатичным этому последнему. Существует явное отношение между лекарственным и болезненным симптомами, и это отношение совершенно противоположно тому, которому следовало бы быть. От этого соотношения ожидается совершенно невозможное, а именно то, что болезненный симптом будет уничтожен противоположным лекарственным симптомом. Нет сомнения в том, что антипатически выбранное лекарство действует в организме на ту же поражённую точку организма, что и гомеопатическое, подобранное на основании подобия вызываемых симптомов. Однако первое лишь отчасти покрывает противоположный болезненный симптом и только в силу противоположности делает его всего лишь на незначительное время незаметным для жизненного принципа, так что в первом периоде действия антагонистического паллиативного средства жизненная сила не ощущает никаких неприятных эффектов ни одного из них (ни болезненного симптома, ни лекарственного), поскольку кажется, что они оба взаимно устранили и динамически нейтрализовали друг друга (например, оглушающая сила опиума делает то же с болью). В первые минуты жизненная сила чувствует себя прекрасно и не замечает ни оглушающего действия опиума, ни болей. Однако, поскольку антагонистический лекарственный симптом не может (как при гомеопатическом лечении) вытеснить из ощущений жизненного принципа существующее в организме болезненное нарушение как подобное и более сильное искусственное заболевание, и не может, поэтому, подобно гомеопатическому средству, повлиять на жизненный принцип подобным искусственным заболеванием так, чтобы занять место первичного естественного болезненного расстройства, постольку паллиативное лекарство должно, как нечто, полностью отличное от болезненного расстройства и совершенно противоположное ему, оставить это последнее неустранённым из организма. Оно делает его, как уже было сказано, подобием динамической нейтрализации (68), неощутимым на первых порах для жизненной силы. Однако, как и при всякой лекарственной болезни, его влияние вскоре спонтанно исчезает и не только оставляет исходную болезнь в неизменном виде, но и вынуждает жизненную силу (так как оно, как и все паллиативные средства, должно назначаться в больших дозах для очевидного устранения болезненного симптома) вызвать состояние, противоположное (§§ 63-64) лекарственному воздействию, и, следовательно, аналогичное болезненному, всё ещё присутствующему, неустранённому расстройству, обусловленному естественным заболеванием. Последнее, вследствие такого дополнительного воздействия жизненной силы (реакции на паллиативное средство) неизбежно усиливается (69). Болезненный симптом (эта изолированная часть болезни), следовательно, обостряется после окончания периода действия паллиативного средства и развивается с силой, пропорциональной силе воздействия паллиативного средства. В соответствии с этим, чем большая доза опиума (чтобы остаться в рамках нашего примера) будет назначена для устранения болей, тем более сильными они будут после окончания его действия (70).

§ 70

Из вышесказанного нельзя не сделать следующих выводов. Все изменения в состоянии здоровья, действительно болезненного характера, и всё, что врач может найти болезненного при заболеваниях, заключается только в страданиях больного и ощутимых изменениях его состояния, то есть только в совокупности симптомов, посредством которых болезнь требует необходимое для её излечения лекарство. С другой стороны, любая внутренняя приписываемая ей причина, любое тайное качество или воображаемое патогенное вещество есть ничто иное, как плоды пустых мечтаний.
Нарушения здоровья, которые мы именуем болезнями, могут быть устранены только при помощи другого переворота в состоянии здоровья, вызванного лекарствами. Следовательно, их целебная сила может основываться лишь на способности изменять состояние здоровья человека, то есть на способности вызывать специфические болезненные симптомы. Эта целебная сила наиболее чётко и ясно обнаруживается при испытаниях лекарств иа здоровых людях.
Весь опыт учит нас, что естественная болезнь никогда не может быть излечена лекарствами, вызывающими у здорового человека чужеродное болезненное состояние (несходные болезненные симптомы), отличающееся от такового, возникающего при подлежащей лечению болезни (никогда, поэтому, они не могут излечиться аллопатически). И даже в природе не было такого случая, чтобы уже возникшее заболевание было бы излечено присоединением другого, несходного с ним, каким бы сильным это новое заболевание не было.
Более того, весь опыт свидетельствует о том, что нельзя достичь излечения длительно существующего заболевания при помощи лекарств, имеющих тенденцию вызывать у здорового человека искусственный болезненный симптом, антагонистический одному из симптомов подлежащего лечению заболевания. Напротив, будет достигнуто лишь временное облегчение, всегда сменяемое обострением. То есть, это антипатическое и всего лишь паллиативное лечение абсолютно неэффективно при длительных серьёзных заболеваниях.
Третий и единственно возможный способ лечения (гомеопатический), при котором в соответствии со всей совокупностью симптомов естественной болезни, назначается лекарство, способное вызвать у здорового человека максимально подобные симптомы; назначаемое в подходящей дозе, оно является единственным эффективным лечебным методом, поскольку болезни, являющиеся ничем иным как динамическим поражением жизненной силы, наиболее легко, совершенно и окончательно устраняются и уничтожаются этим методом. Это достигается подобным и более сильным нарушающим воздействием гомеопатического лекарства на ощущения жизненного принципа. Этот же способ действия мы видим и в примерах излечений, произведённых предоставленной самой себе Природой, когда к старому заболеванию присоединяется и быстро и навсегда излечивает его новое, подобное ему.

§ 71

Поскольку теперь не подлежит сомнению то, что болезни являются ничем иным как просто группами определенных симптомов, поддающихся устранению только теми лекарствами, которые способны искусственно вызывать подобные же болезненные симптомы (и в этом состоит каждое истинное излечение), постольку для лечения необходимо ответить на следующие вопросы.
I. Как может установить врач то, что необходимо знать для лечения болезни?
II. Как может он обрести знания о свойствах инструментов, предназначенных для лечения болезней естественных, или болезнетворных силах лекарств?
III. Какой метод использования этих искусственных патогенных агентов (лекарств) в наибольшей степени пригоден для лечения естественных болезней?

§ 72

Общим предварительным соображением относительно первого пункта может быть следующее. Болезни, которым подвержен человек, могут быть или скоротечными патологическими процессами, протекающими с участием поражённой жизненной силы и имеющими тенденцию оканчиваться более или менее быстро, но всегда в течение короткого срока, и называемых острыми заболеваниями, или же обладают таким характером, что, начинаясь исподволь, часто незаметно, динамически поражают живой организм, каждая присущим только ей образом, и постепенно вызывают его отклонение от состояния здоровья так, что автоматическая жизненная энергия, именуемая жизненной силой, функцией которой является сохранение здоровья, противопоставляет им лишь несовершенные, неподходящие и бесполезные попытки сопротивления, оказываясь неспособной самостоятельно преодолеть их и вынужденной беспомощно страдать (из-за их распространения) и претерпевать прогрессирующие патологические изменения до тех пор, пока с течением времени организм не окажется совершенно разрушенным; эти заболевания называют хроническими. Они вызываются динамическим поражением — хроническим миазмом.

§ 73

Что касается острых заболеваний, то они могут поражать людей индивидуально, возбуждающие причины при этом зависят от того, каким вредным воздействиям каждый человек подвергается в большей мере. Ими могут быть избыточное или недостаточное питание, сильные душевные потрясения, физические воздействия, переохлаждение или перегревание, разгульный образ жизни, перенапряжение и т. д., или психическое раздражение, эмоции и тому подобное, могут быть причинами острых лихорадочных заболеваний. На самом же деле, они чаще всего являются временными обострениями скрытой псоры, спонтанно возвращающейся к своему пассивному состоянию, если острые болезни были не слишком тяжелыми, или быстро подавлены. Среди острых заболеваний могут быть и такие, которые поражают несколько людей одновременно, здесь и там (спорадически), благодаря метеорологическим или теллурическим влияниям или воздействию вредных факторов, одновременная восприимчивость к которым может отмечаться лишь у немногих людей. Этим заболевания родственны те, при которых много людей поражается сходными страданиями вследствие одной и той же причины (эпидемически). Такие болезни обычно становятся инфекционными (заразными), если распространяются в скученных массах людей. Так начинаются лихорадки (71), в каждом случае специфические, и дающие толчок в каждом инфицированном человеке идентичным, вследствие идентичности происхождения, патологическим процессам, завершающимся самопроизвольно довольно быстро выздоровлением или смертью больного. Не такими уж редкими их причинами бывают голод, невзгоды войны, наводнения. Иногда они обусловлены специфическим острым миазмом. и вспыхивают в условиях, подобных описанным ранее, имеют при своих рецидивах сходные проявления (они известны под соответствующим привычным наименованием) и могут поражать каждого человека или не более чем один раз за всю жизнь, как, например, оспа, корь, коклюш, скарлатина Сиденгама (72), свинка и т. д., или же часто рецидивировать при сохранении основного характера своих проявлений. К последним относятся левантийская чума, жёлтая лихорадка морских побережий, азиатская холера и другие заболевания.

§ 74

Говоря о хронических болезнях, мы не можем забывать о часто встречающихся заболеваниях, вызванных аллопатическим лечением при длительном применении сильнодействующих, героических лекарств в больших и постоянно увеличивающихся дозах. В качестве примеров можно привести злоупотребление каломелью, серой ртутной мазью, нитратом серебра, йодом и его соединениями, опиумом, валерианой, корой хинного дерева и хинином, наперстянкой, синильной и серной кислотами, многолетнее назначение слабительных (73), кровопускания, расточающие потоки крови, пиявки, выпускники, заволоки и т. д. Всё это немилосердно истощает жизненную энергию и, если она не выдерживает, постепенно подтачивает её (каждое вещество на свой лад). Происходит это потому, что ради преодоления этих враждебных и разрушительных воздействий жизненная сила должна произвести подлинный переворот в организме, лишив какую-либо его часть чувствительности и раздражимости, или же, напротив, возбудить её до невероятной степени, вызвав сокращение или расширение, расслабление, уплотнение, или даже деструкцию определенных органов, производя порочные органические изменения здесь и там во внутренних и во внешних частях организма для того, чтобы спасти весь организм от уничтожения постоянно возобновляемыми враждебными нападками этих разрушительных сил.

§ 75

Эти посягательства неисцеляющего аллопатического искусства на здоровье человека представляют (особенно в последнее время) самую печальную группу хронических болезней, труднее всего поддающуюся лечению. К сожалению, я должен добавить также, что после развития такой болезни и значительной степени, становится практически невозможным подобрать или подыскать какое-либо средство её лечения.

§ 76

Милосердный Господь Бог одарил нас Гомеопатией как средством оказания помощи лишь при естественных болезнях. Болезни же, возникшие вследствие истощающих и калечащих человеческий организм внешне и внутренне, часто длящихся годами упражнений в ложном искусстве, вследствие использования вредных лекарств и пагубного лечения, должны излечиваться самой жизненной силой (при этом следует дать подходящее средство для искоренения хронического миазма, могущего скрываться за всем этим), если она ещё не полностью истощена этими зловредными действиями и может без вреда для себя посвятить несколько лет достижению этой цели. Доступного человеку искусства врачевания этих бесчисленных патологических состояний, вызываемых столь часто аллопатическим нелечащим искусством, нет и не может быть.

§ 77

К разряду хронических ошибочно причисляют болезни, случающиеся у людей, постоянно подвергающих себя вполне устранимым пагубным воздействиям, имеющих привычку злоупотреблять вредными пищей или питьём, склонных к подтачивающим здоровье невоздержанностям всякого рода, длительно воздерживающихся от вещей, необходимых для поддержания жизни, поселяющихся в нездоровых, особенно болотистых, местностях, живущих в подвальных или душных помещениях, разрушающих своё здоровье перенапряжением ума и тела, живущих в постоянной заботе, и т. д. Эти состояния, самими же людьми навлекаемые на собственную голову, не подкрепленные скрытым в теле хроническим миазмом, быстро исчезают сами собой при улучшении условий жизни и не могут поэтому называться хроническими болезнями.

§ 78

Истинными естественными хроническими болезнями называются те, которые развиваются вследствие хронического миазма, и, предоставленные самим себе, сдерживаемые назначением специально для них показанных лекарств, всегда усиливаются и становятся всё тяжелее, несмотря на создание условий для ума и тела, и мучают пациента до самого конца его жизни постоянно утяжеляющимися страданиями. Эти заболевания, за исключением болезней, вызванных пагубной врачебной практикой (§ 74), являются величайшим бедствием человеческого рода, поскольку самой крепкой конституции, наилучшего образа жизни и самой могучей жизненной силы недостаточно для их искоренения (76).

§ 79

До сих пор только сифилис в некоторой степени признавался таким хроническим миазматическим заболеванием, поскольку в нелеченных случаях он прекращался лишь с окончанием жизни больного. Сикоз (коидиломатозное заболевание), также не устраняемый жизненной силой без соответствующего лекарственного лечения, не признавался за своеобразное хроническое миазматическое заболевания, каковым он, без сомнения, является. Врачи же воображали, что излечивают его разрушением кожных разрастаний, пропуская при этом имеющуюся дискразию.

§ 80

В бессчётное количество раз значительнее и важнее двух только что поименованных миазмов, хронический миазм псоры. Он так же, как и первые два миазма, проявляющие свойственные им внутренние дискразии, один венерическим шанкром, а другой разрастаниями в виде цветной капусты, заявляет о завершении своего распространения по всему организму специфической кожной сыпью, иногда состоящей лишь из нескольких пузырьков, сопровождающихся невыносимым сладострастным покалыванием и зудом (и специфическим запахом). Чудовищный внутренний хронический миазм, псора, является единственной реальной фундаментальной причиной всех других многочисленных, я бы сказал, бесчисленных, форм болезней (77), которые, под именами нервной слабости, истерии, ипохондрии, мании, меланхолии, слабоумия, сумасшествия, эпилепсии и судорог любого рода, размягчения костей (rachitis), сколиоза и кифоза, кариеса, рака, грибка, новообразований, желтухи, полипоза, водянки, аменорреи, кровотечений из желудка, носа, легких, мочевого пузыря или матки, астмы и кавернозного процесса в лёгких, импотенции и бесплодия, мигрени, глухоты, слепоты, мочевых камней, паралича, дефектов органов чувств, тысяч видов болей и т. д. фигурируют в трудах по систематизации патологических состояний как своеобразные, независимые болезни.

§ 81

Тот факт, что этот чрезвычайно древний инфекционный агент постепенно, в течение жизни сотен поколений, буквально прошёл через многие миллионы человеческих организмов и тем самым развился до невероятной степени, позволяет в какой-то мере понять полученную им ныне способность проявляться в бесчисленных болезненных состояииях, которым подвержен человеческий род, тем более, если учесть многочисленные обстоятельства 78, способствующие появлению такого разнообразия хронических болезней (вторичных симптомов псоры), не говоря уж о невообразимом многообразии врождённых телесных конституций людей. Поэтому не следует удивляться тому, что под влиянием такого разнообразия вредных факторов, действующих изнутри, снаружи, и иногда постоянно, на столь различных, но инфицированных псорой людей, развиваются бесчисленные дефекты, повреждения, нарушения страдания, которые до сих пор расценивались в старых трудах (79) по патологии как имеющие собственные названия, независимые болезни.

§ 82

Хотя с открытием этого мощного источника хронических болезней, так же, как и с открытием лекарств против псоры, медицина ещё на несколько шагов приблизилась к знанию природы большинства болезней, подлежащих лечению, тем не менее, при поиске показаний в каждом случае, для излечения которого он призван, врач-гомеопат должен внимательно выявить все достоверные симптомы и характеристики, и эта его обязанность не стала менее важной после указанного открытия, так как ни одно истинное излечение этого или другого заболевания не может быть достигнуто без строго индивидуального лечения (индивидуализация) каждого случая болезни. Исследование при хроническом заболевании будет отличаться только тем, что в случае острого заболевания симптомы сразу оказывают на нас сильное воздействие, быстро становятся доступными восприятию и поэтому, поскольку практически всё очевидно само собой, гораздо меньше вопросов (80) и времени требуется для того, чтобы составить представление о болезни. При хроническом же заболевании, развивающемся постепенно в течение нескольких лет, гораздо сложнее выявить достоверные симптомы.

§ 83

То индивидуализированное исследование случая болезни, лишь общую схему которого я приведу ниже и которую врач должен иметь в виду как единственно приемлемую в каждом частном случае, не требует от него ничего, кроме здравого смысла и свободы от предрассудков, внимания при наблюдениях и точного воссоздания картины заболевания.

§ 84

Больной подробно рассказывает историю своих страданий; окружающие его рассказывают о том, какие жалобы они слышали от него, как он себя вёл, и что они заметили в его состоянии; врач смотрит, слушает и при помощи других своих чувств отмечает, что изменилось или является необычным в состоянии пациента. Он аккуратно записывает всё, что было рассказано пациентом и его друзьями в тех самых выражениях, которые они использовали. Сохраняя молчание, он позволяет им сказать всё, что они имеют сказать, воздерживается от того, чтобы перебивать их (81) до тех пор, пока они сами не собьются на другую тему. В самом начале врач просит их рассказывать не торопясь, для того, чтобы он имел возможность записать самые важные части рассказа.

§ 85

Каждое новое обстоятельство, отмеченное больным или его друзьями, он записывает с красной строки, так что симптомы оказываются записанными отдельно, один под другим. Таким образом, он может расширить описание какого-либо из них, если первоначально о нём было рассказано слишком сжато, а впоследствии добавились новые подробности.

§ 86

Когда рассказчики закончат всё, что они хотели сказать по собственной воле, врач должен, возвращаясь к каждому частному симптому, добиться в отношении него более точных сведений и сделать это следующим образом. Он перечитывает все сообщенные ему симптомы, один за другим, н в каждом случае выясняет следующие подробности: когда, например, возник этот симптом? было ли это до начала приёма лекарства, употребляемого до сих пор? или во время приёма? или только через несколько дней после окончания приёма? каков характер болей и какие именно ощущения испытывались в данном месте? где точно расположено больное место? возникает ли боль сама по себе и приступообразно и в любое время? или, может быть, она длительна, без периодов затихания? как долго она длится? в какое время дня и ночи и при каком положении тела больному хуже или совсем плохо? какого именно рода, если описать простыми словами, было то или иное событие или обстоятельство?

§ 87

Таким образом, по поводу каждого пункта рассказа врач получает более точную информацию. Однако он ни в коем случае не должен задавать вопросы таким образом, чтобы предопределять ответы пациента (82), то есть так, чтобы последний вынужден был говорить только «да» или «нет». Иначе введённый в заблуждение пациент будет подтверждать или отрицать неправду, полуправду или не совсем точные положения или из лени, или из желания сделать приятное своему врачу. Это должно привести к формированию неправильного представления о болезни и выбору неподходящего метода лечения.

§ 88

Если в этом произвольном рассказе ие будет сообщено о многих аспектах состояния тела и психики и их деятельности, то врач должен просить дополнить рассказ подробностями об этих органах и их функционировании или о психическом состоянии и настроении больного (83). Однако вопросы при этом врач должен задавать в самом общем виде, чтобы вынудить рассказчиков самих входить в подробности описываемых явлений.

§ 89

Когда больной (ибо от него главным образом мы ждём описания болезненных ощущений, если только речь не идёт о симуляции) по собственной воле и в ответ на вопросы врача расскажет всё необходимое для создания довольно удовлетворительного представления о заболевании, врач может и должен (если он чувствует, что полученных сведений недостаточно) задать более точные, более специальные вопросы (84).

§ 90
Записав все эти сведения, врач записывает всё, что он сам обнаружил у пациента (85) и выясняет, какие из выявленных признаков наблюдаются также и в состоянии здоровья.

§ 91

Жалобы и симптомы больного во время очередного курса лечения не представляют истинной картины болезни. Только те симптомы и жалобы, которые испытывал больной до начала приёма лекарств или те, которые оставались после их отмены на несколько дней, могут дать истинное основополагающее представление об исходной форме заболевания, и именно эти симптомы должен учитывать врач в первую очередь. Если заболевание оказывается хроническим, и пациент принимает лекарство вплоть до своего визита к врачу, то врач может с пользой для дела оставить его на несколько дней без привычного лечения или на короткое время назначить какое-либо нелекарственное лечение и временно отложить более внимательное изучение болезненных симптомов для того, чтобы иметь возможность в чистом и неискажённом виде осознать симптомы старого поражения и воссоздать достоверную картину заболевания.

§ 92

Однако, если заболевание скоротечно и имеет угрожающий характер, врач должен удовлетвориться изучением болезненного состояния, пусть даже и искажённого действием лекарств, в случае, если он не может выяснить симптомы, существовавшие до начала лечения, в надежде воссоздать, по крайней мере, картину действительного состояния болезни, то есть объединённого заболевания, сформированного лекарственной и естественной болезнями, которое из-за применения неподходящего лекарства обычно гораздо серьёзнее и опаснее исходного заболевания и требует поэтому быстрой и эффективной помощи. Действуя таким образом, врач воссоздаст полную картину болезни и сможет преодолеть её подходящим гомеопатическим средством, так что пациент избежит участи пасть жертвой вредных лекарств, принятых им.

§ 93

Если недавнее или хроническое заболевание возникли вследствие очевидной причины, то больной — или его друзья в беседе — скажет о ней сам или при осторожном расспросе. (86)

§ 94

Исследуя состояние больного при хронической болезни, врач должен учитывать и тщательно изучать такие частные обстоятельства, как обычный род занятий пациента, его образ жизни, диету, отношения внутри семьи и тому подобное, с тем, чтобы установить, нет ли среди них таких, которые могли бы вызвать заболевание или поддерживать его. Устранение подобных обстоятельств может способствовать выздоровлению. (87)

§ 95

При хронических болезнях исследование как вышеперечисленных, так и других возможных их признаков, должно осуществляться максимально обстоятельно и тщательно; следует уделять внимание мельчайшим особенностям каждого случая. Делить это необходимо отчасти потому, что симптомы хронических болезней в наименьшей степени напоминают симптомы острых болезней, и поэтому, если вы хотите добиться излечения, излишней тщательности в их исследовании не может быть. Частично же это необходимо вследствие того, что больные настолько привыкают к своим длительным страданиям, что уделяют слишком мало внимания второстепенным симптомам или попросту забывают о них, в то время как именно эти последние чисто имеют важное значение (то есть являются характерными) — нередко очень полезны для определения выбора средства. Больные даже считают их почти необходимой частью своего состояния, расценивают их почти как присущие здоровому состоянию и с трудом могут заставить себя поверить в то, что эти второстепенные симптомы, эти большие или меньшие отклонения от состояния здоровья имеют какую-либо связь с их главным недугом.

§ 96

Кроме того, сами пациенты очень сильно различаются по своему характеру и некоторые, так называемые ипохондрики и лица, слишком нетерпеливые и чувствительные к страданиям, описывают свои симптомы слишком яркими красками и, пытаясь заставить врача дать им быстрое облегчение, описывают заболевание в преувеличенных выражениях. (88)

§ 97

Другие же, люди противоположного характера, отчасти по лености, отчасти из-за ложной скромности, по мягкости характера или из-за слабой памяти, воздерживаются от упоминания о многих своих симптомах, описывают их скупо или считают, что некоторые из них не имеют никакого значения.

§ 98

И, наконец, точно так же, как мы должны особенно внимательно прислушиваться к рассказу больного о его страданиях и ощущениях и доверяться особенно его собственным выражениям, при помощи которых он пытается заставить нас понять его заболевание — потому что в устах друзей и сопровождающих лиц они обычно изменяются и освещаются ими в искаженном свете — точно так же при всех, но особенно при хронических, болезнях исследование истинной и полной их картины в высшей степени требует при проведении опроса осмотрительности, такта и знания человеческой природы.

§ 99

В целом исследование при острых заболеваниях или при болезнях недавнего происхождения гораздо легче для врача, потому что все явления и отклонения от состояния здоровья возникли недавно, ещё свежи в памяти пациента и его друзей и всё ещё остаются новыми и потрясающими воображение. Врач, конечно, в этих случаях должен узнать всё возможное, но ему приходится гораздо меньше выспрашивать, поскольку больные сами подробно рассказывают о большинстве симптомов.

§ 100

При изучении совокупности симптомов эпидемических и спорадических болезней совершенно неважно, встречалось ли когда-нибудь раньше что-либо подобное, под тем же или другим названием. Новизна или специфичность болезни такого рода никоим образом не влияет ни на способ обследования, ни на способ её лечения, поскольку врач должен в любом случае рассматривать каждую распространяющуюся болезнь в чистом виде, как если бы это было что-то новое и неизвестное, и, если он хочет заниматься реальной и радикальной врачебной практикой, тщательно изучать её, никогда не подменяя догадками фактические наблюдения, не принимая на веру, будто встретившийся ему случай заболевания уже полностью или частично известен, но всегда тщательно обследовать его на всех его стадиях; подобный образ действий — это всё, что наиболее необходимо в таких случаях, так как тщательное обследование покажет, что каждая распространяющаяся болезнь представляет собой во многих отношениях явление уникального характера, значительно отличающееся от предыдущих эпидемий, к которым за исключением тех эпидемий, источник заражения при которых всегда остается тем же, как, например, оспа, корь и т. д., ошибочно применяли те или иные названия.

§ 101

Легко может случиться так, что при первом случае эпидемической болезни, который стал известен врачу, врач не может сразу получить полного представления об этом заболевании, поскольку только в результате внимательного наблюдения нескольких случаев каждого такого коллективного заболевания он может узнать совокупность его признаков и симптомов. При тщательном обследовании врач может, однако, на основании осмотра даже первого или второго пациентов настолько приблизиться к знанию истинного состояния, что представит себе характерную картину заболевания и даже преуспеет в определении подходящего гомеопатического средства.

§ 102

По мере описания симптомов нескольких случаев такого рода картина заболевания становится всё более и более полной; описание становится не растянутым и многословным, а более значимым (характерным), включающим больше особенностей этого коллективного заболевания. С одной стороны, точно определяются особенности общих симптомов (к которым относятся, например, потеря аппетита, бессонница и т. д.), а с другой — становятся очевидными наиболее заметные особые симптомы, характерные только для некоторых болезней и редко встречающиеся, по крайней мере, в том же сочетании, которые и составляют то, что характерно для данной болезни (89). Источник заражения всех поражённых болезнью, распространяющейся в данное время, несомненно, один и тот же и, следовательно, все страдают той же болезнью. Однако, объём поражения при такой эпидемической болезни и совокупность её симптомов (знание чего, существенное для облегчения выбора наиболее подходящего гомеопатического средства для данной совокупности симптомов, приобретается в результате изучения полной картины болезни) нельзя выявить на основании осмотра одного-единственного пациента. Заключение об этом может быть выведено только из страданий нескольких пациентов разной конституции.

§ 103

Так же, как это было показано применительно к эпидемическим болезням, которые, как правило, носят острый характер, миазматические хронические болезни, которые, как я показал, всегда остаются неизменёнными по своей сути и, особенно псора, должны изучаться с точки зрения всего круга их симптомов гораздо более тщательно, чем это делалось когда-либо раньше, так как при этих заболеваниях у одного пациента обнаруживается также лишь часть их симптомов; у второго, третьего и так далее проявляются некоторые другие симптомы, которые также являются не более чем частью совокупности симптомов (разделённых, как это было), полностью представляющей это заболевание. Таким образом, всё множество симптомов, относящихся к такой миазматической хронической болезни, и особенно к псоре, может быть установлено в результате наблюдения очень многих пациентов, пораженных такой хронической болезнью. Без полного обзора и общего представления об этих симптомах не могут быть найдены лекарственные препараты, способные вылечить болезнь гомеопатически (т. е. антипсорные препараты); эти препараты являются в то же самое время и истинными лекарствами для каждого пациента, страдающего такими хроническими болезнями.

§ 104

Если вся совокупность симптомов, характерных для данного заболевания, или, другими словами, если картина заболевания, какого бы вида оно ни было, точно описана (90), наиболее трудная часть задачи решена. Врач в таком случае всегда имеет перед собой описание этого заболевания, особенно если это хроническая болезнь, чтобы руководствоваться им при лечении. Он может изучить его со всех сторон и выбрать характерные симптомы, чтобы противопоставить им, или другими словами, всей болезни, очень сходную искусственную патогенную силу в форме гомеопатически выбранного лекарственного вещества, отобранного на основе перечней симптомов всех лекарственных препаратов, чистые воздействия которых были уже установлены. И если в процессе лечения он хочет установить, каково было действие лекарства и какие изменения произошли в состоянии пациента, то при новом осмотре пациента ему необходимо только выбрать нз перечня симптомов, записанных при первом посещении, те, которые стали слабее, отметить те, что ещё остались, и добавить новые симптомы, которые могли возникнуть.

§ 105

Вторая черта работы истинного врача связана с приобретением знания об инструментах, предназначенных для лечения естественных болезней, с изучением патогенетической силы лекарственных препаратов для того, чтобы, будучи вызванным к больному, быть в состоянии выбрать из них один препарат, из перечня симптомов которого может быть создана искусственная болезнь, подобная, насколько это возможно, совокупности основных симптомов естественной болезни, которую предполагается лечить.

§ 106

Необходимо досконально знать патогенетическое воздействие каждого лекарственного препарата, т.е. все патологические симптомы и изменения в здоровье, которые каждый из них может вызвать у здорового человека, должны быть, насколько это возможно, изучены, прежде чем мы сможем надеяться быть в состоянии найти среди них и отобрать подходящие гомеопатические средства для большинства естественных болезней.

§ 107

Если, чтобы установить это, давать лекарства, даже и по одному, только больным людям, то относительно их истинного воздействия не обнаружится или ничего, или очень мало определённого, поскольку изменения в здоровье, которые могут ожидаться от приёма лекарств, смешаются с симптомами болезни и редко будут отчётливы.

§ 108

Следовательно, нет другого способа точно установить специфическое воздействие лекарств на здоровье человека, нет другого верного и более естественного способа решить эту проблему, кроме как назначить несколько лекарств экспериментально, в умеренных дозах, здоровым людям, чтобы установить изменения, симптомы и признаки их влияния, которые каждое из них в отдельности оказывает на здоровье тела и ума; т. е. установить, какие элементы болезни они могут и имеют тенденцию вызывать (91), поскольку, как это было показано ранее (§§ 24-27), вся лечебная сила лекарств заключается в присущей им силе изменять состояние здоровья человека и обнаруживающейся путем наблюдения последнего.

§ 109

Я был первым, кто открыл этот путь и придерживался его с упорством, вызванным и поддерживаемым только убеждённостью в великой истине, обещающей такие блага для рода человеческого и заключающейся в том, что гомеопатическое применение лекарств (92) — единственно возможный способ надёжного лечения человеческих болезней (93).

§ 110

Более того, я заметил, что болезненные поражения, которые наблюдали предыдущие авторы, в результате попадания лекарственных веществ в желудок здоровых людей, когда они давались в больших дозах по ошибке или с целью самоубийства или убийства, или при других обстоятельствах, в большой мере соответствовали моим собственным наблюдениям, полученным при испытании тех же самых веществ на себе или других здоровых людях. Эти авторы подробно описывают подобные случаи как истории отравления и как доказательства пагубного действия сильных веществ, в основном для того, чтобы предостеречь других от их применения. Частично они делают это также и ради возвеличивания своего собственного искусства, когда в результате применения лекарств, назначенных ими для борьбы с этими несчастными случаями, здоровье постепенно возвращалось; частично же также для того, чтобы в случае смерти в процессе лечения людей с такими поражениями, найти себе оправдание в опасном характере этих веществ, которые они называли в этом случае ядами. Никто из этих наблюдателей даже не думал, что симптомы, которые они фиксировали просто как доказательства пагубного и ядовитого характера этих веществ, были истинными открытиями силы этих лекарств, способной подавлять лечебным способом подобные симптомы, возникающие при естественных болезнях, что эти их патологические феномены были признаками их гомеопатического лечебного действия и что единственным возможным способом установить их лекарственную силу является наблюдение тех изменений в здоровье, которые лекарства могут вызывать в здоровом организме, так как истинную, специфическую силу лекарств, доступных для лечения болезней, нельзя установить ни с помощью оригинальных размышлений a priori, ни по запаху, вкусу или виду лекарств, ни с помощью их химического анализа, ни в результате применения нескольких из них одновременно в смеси (прописи) при болезнях. Никогда не подозревалось, что эти истории лекарственных болезней однажды явятся источником первых элементарных знании об истинной чистой Materia medica, которая с самых ранних времен и до сих пор состояла только из ложных предположений и вымыслов, т. е. не существовала совсем (94).

§ 111

Соответствие моих наблюдений истинного воздействия лекарств этим более ранним, хотя и отмеченным вне связи с какой-либо терапевтической целью, и соответствие этих описаний подобным описаниям разных авторов, должно бесспорно убедить нас в том, что лекарственные вещества вызывают патологические изменения в теле здорового человека в соответствии с неизменными, вечными законами природы, в силу которых они могут вызывать, каждое в соответствии с его собственными специфическими свойствами, определённые, достоверные болезненные симптомы.

§ 112

В этих более ранних описаниях часто опасных эффектов лекарств, принимаемых внутрь и чрезмерно больших дозах, мы заметили определённые состояния, которые вызывались не в начале, а ближе к концу этих печальных событий, и которые по своей природе были прямо противоположны тем, которые появлялись вначале. Эти симптомы, прямо противоположные первичному действию (§ 63) или надлежащему действию этих лекарств на жизненную силу, являются реакцией жизненной силы организма, её вторичным действием (§§ 62-67), которое, однако, наблюдается редко или едва заметно при экспериментах с умеренными дозами на здоровых людях и никогда при малых дозах. При гомеопатическом лечебном воздействии живой организм реагирует на лекарства только в той мере, в какой это необходимо для восстановления здоровья до нормального состояния (§ 67).

§ 113

Единственным исключением из этого являются наркотические лекарства. Поскольку они, при их первичном действии, иногда подавляют чувствительность и ощущения, иногда раздражимость, часто случается, что при их вторичном действии, даже при действии умеренных экспериментальных доз на здоровых людей, наблюдается повышенная чувствительность (и большая раздражимость).

§ 114

При экспериментах с умеренными дозами лекарств на здоровых людях, за исключением этих наркотических веществ, мы наблюдаем только их первичное действие, т.е. те симптомы, которые вызывает это лекарство, нарушая здоровье человека и развивая у него болезненное состояние большей или меньшей продолжительности.

§ 115

В случаях не такого уж малого числа лекарств, среди этих симптомов бывают и те, которые частично, или при определённых обстоятельствах, прямо противоположны другим симптомам, появившимся вначале или впоследствии, но которые, тем не менее, не следует рассматривать как подлинное вторичное действие или простую реакцию жизненной силы. Они лишь представляют изменяющееся состояние различных пароксизмов первичного действия и называются попеременными действиями.

§ 116

Некоторые симптомы вызываются лекарствами более часто, т.е. у многих людей, другие — более редко, или у немногих людей, некоторые — только у очень немногих здоровых людей.

§ 117

К последней категории принадлежат так называемые идиосинкразии, понимаемые как особенные телесные конституции, которые хотя и здоровы в других отношениях, склонны впадать в более или менее болезненное состояние под действием определённых веществ, которые, кажется, не вызывают никаких изменений у многих других людей (95) и не производят на них никакого действия. Но эта неспособность оказывать влияние на каждого — только кажущаяся. Так как для того, чтобы вызвать эти, так же как и все другие болезненные изменения в здоровье человека, требуются две вещи, а именно, сила, присущая воздействующему веществу, и способность жизненной силы, которая оживляет организм, испытывать её воздействие, то очевидные расстройства здоровья в случаях так называемых идиосинкразии не могут быть отнесены только за счёт своеобразия этих конституций. Они должны быть также приписаны и веществам, их вызывающим, которые должны обладать силой оказывать то же самое действие на всех людей, однако таким образом, что только небольшое число представителей здоровых конституций предрасположено впадать под их действием в такие явно болезненные состояния. То, что эти вещества действительно влияют на каждого здорового человека, подтверждается тем, что когда их принимают как лечебные средства, они оказывают эффективную гомеопатическую помощь (96) всем больным людям при патологических симптомах, подобных тем, которые они были способны вызвать, казалось, только у так называемых идиосинкразических индивидуумов.

§ 118

Каждое лекарство оказывает на тело человека своё особое действие, которое любое другое лекарственное вещество иного типа (97) не производит точно таким же образом.

§ 119

Так же, безусловно, как каждый вид растений отличается по своему внешнему виду, образу жизни или роста, по своему вкусу и запаху от любого другого вида или рода растений, так же безусловно, как каждый минерал и соль отличаются от всех других по своим как внешним, так и внутренним физическим и химическим свойствам (благодаря которым одно вещество не смешивается с другим), так же безусловно все они различны и отличаются друг от друга по своему патологическому, а следовательно, и по своему терапевтическому воздействию (98). Каждое из этих веществ вызывает изменения в здоровье людей особым, отличным, однако определённым образом, что исключает возможность смешивания одного с другим (99).

§ 120

Поэтому лекарства, от которых зависят жизнь и смерть человека, болезнь и здоровье, должно тщательно и максимально точно отличать одно от другого. С этой целью их необходимо испытывать путём точных, чистых экспериментов на здоровом теле, чтобы установить их силу и реальные воздействия, чтобы получить точные знания о них и дать нам возможность избежать любых ошибок при их использовании при болезнях, т. к. только благодаря правильному выбору лекарств может быть быстро и окончательно восстановлено здоровье тела и рассудка человека — величайшее благо из всех земных благ.

§ 121

При испытании лекарств для установления их действия на здоровое тело следует иметь в виду, что сильные, или героические вещества, как их называют, могут и в малых дозах вызвать изменения в здоровье даже крепких лиц. Лекарства меньшей силы следует давать во время таких экспериментов в более значительных количествах; однако, чтобы наблюдать действие самых слабых лекарств; испытуемыми должны быть лица, свободные от болезни, тонко чувствующие, легко возбудимые и чувствительные.

§ 122

В этих экспериментах, от которых зависят точность медицинского искусства в целом и благо всех будущих поколений человечества, не следует применять других лекарств кроме тех, которые совершенно известны, и чистота, истинность и энергия которых тщательно установлены.

§ 123

Каждое из этих средств следует брать в совершенно простом и чистом виде: местные растения в виде только что отжатого сока, смешанного, чтобы он не испортился, с небольшим количеством спирта; чужеземные растительные вещества в виде порошка или настойки, приготовленные на спирту из свежих растительных веществ с добавлением определенного количества воды; соли и камеди, однако, следует растворять в воде непосредственно перед приемом. Если растение можно достать только в сухом виде и если его сила слаба, то в этом случае для экспериментов его следует настоять: растение измельчить и залить кипящей водой, чтобы выделить его лекарственные части; немедленно после приготовления раствор следует проглотить, пока он еще теплый, попоскольку все выжатые растительные соки и все водные растворы без добавления спирта быстро начинают бродить и разлагаться, в результате чего их лекарственные свойства утрачиваются.

§ 124

Для этих экспериментов каждое лекарственное вещество должно применяться совершенно отдельно и в чистом виде, без примеси какого-либо инородного вещества и без приёма чего-либо ещё, обладающего лекарственными свойствами, ни в тот же, ни в последующие дни, ни в продолжение всего периода времени, когда мы хотим наблюдать действие данного средства.

§ 125

В течение всего времени, пока длится эксперимент, диета должна строго регулироваться. Она должна быть, насколько это возможно, только питательной, простой и лишённой специй; свежих овощей (100), кореньев, всех салатов и растительных супов (которые, даже тщательно приготовленные, обладают некоторыми нарушающими чистоту эксперимента лекарственными свойствами) следует избегать. Напитки должны быть теми же, которые употребляются обычно и настолько слабо возбуждающими, насколько это возможно (101).

§ 126

Человек, испытывающий лекарство, должен быть исключительно надёжным и добросовестным и в течение всего времени эксперимента избегать любых перенапряжений ума и тела, всех отвлекающих и мешающих страстей; он не должен делать никаких срочных дел, отвлекающих его внимание; он должен отдаться тщательному самонаблюдению, и ему нельзя мешать, пока он этим занят; его тело должно быть в такой форме, которая для него является хорошим состоянием здоровья, и он должен обладать достаточным интеллектом, чтобы быть в состоянии выразить и описать свои ощущения в точных терминах.

§ 127

Лекарства должны испытываться как на мужчинах, так и на женщинах, чтобы обнаружить изменения в здоровье, которые они вызывают и в половой сфере.

§ 128

Последние наблюдения показали, что лекарственные вещества, принимаемые экспериментатором для испытания их специфического воздействия в необработанном виде, почти не проявляют в полном объёме скрытых в них сил. Последние проявляются при применении этих веществ с той же целью в высоких разведениях, усиленных соответствующим растиранием и встряхиванием. Посредством этих простых операций силы, которые в необработанном состоянии были скрыты в них и как бы дремали, развиваются и становтся активными в невероятной степени. Теперь мы считаем, что этим способом лучше всего исследовать лекарственную силу даже таких веществ, которые считались слабыми, и принятый нами план заключается в том, чтобы в течение нескольких дней давать экспериментатору, на пустой желудок, ежедневно от четырёх до шести очень маленьких крупинок этого вещества в тридцатой степени потенцирования, смоченных небольшим количеством воды или растворённых и тщательно размешанных в воде.

§ 129

Если такая доза оказывает лишь слабое действие, то ежедневное количество крупинок можно несколько увеличивать до тех пор, пока действие лекарства не станет более различимым и сильным, а изменения в здоровье более заметными. Это необходимо потому, чти все люди подвержены действию лекарства не в равной степени. Наоборот, в этом отношении наблюдается большое разнообразие. Так, иногда на явно слабого индивидуума могут почти не действовать умеренные дозы лекарства, известного как сильное, в то время как на него довольно сильно действуют другие, гораздо более слабые. С другой стороны, есть очень крепкие люди, которые испытывают очень значительные болезненные симптомы от явно слабых лекарств и только лёгкие симптомы от более сильных средств. А поскольку это не может быть известно заранее, рекомендуется начинать в каждом случае с малой дозы лекарства и увеличивать дозу день ото дня, если это необходимо и соответствует данному случаю.

§ 130

Если в самом начале первая назначенная доза окажется достаточно сильной, то экспериментатор узнает порядок следования симптомов и сможет точно отметить период возникновения каждого из них. Это очень полезно, поскольку ведёт к познанию свойств лекарства, так как и в этом случае последовательность его первичных, а также попеременных действий наблюдается самым точным образом. Даже очень умеренной дозы часто достаточно для эксперимента, если только она дастся экспериментатору, наделённому тонкой чувствительностью и очень внимательному к своим ощущениям. Продолжительность действия лекарства может быть установлена только путём сравнения данных нескольких экспериментов.

§ 131

Если, однако, целью является выявление каких-либо эффектов лекарства вообще, тогда то же самое лекарство следует давать одному и тому же лицу для испытания во всё увеличивающихся дозах в течение нескольких последовательных дней. При этом мы, без сомнения, узнаем различные болезненные состояния, которые это лекарство может вообще вызывать, но мы не установим порядок их следования: последующие дозы часто устраняют, лечебным способом, те или другие симптомы, вызванные предыдущими дозами, или вызывают противоположное сосгояние. Такие симптомы следует заключить в скобки и иметь в виду их неоднозначность до тех пор, пока последующие более чистые эксперименты не покажут, являются ли они реакцией организма и вторичным действием или попеременным действием лекарства.

§ 132

Но если цель состоит только в установлении собственно симптомов безотносительно к последовательности явлений и продолжительности действия лекарства, особенно симптомов слабых лекарственных средств, то в этом случае предпочтительнее в течение нескольких дней давать каждый день увеличивающуюся дозу. Tаким образом может быть выявлено действие неизвестного средства, даже самого слабого, особенно если оно испытывается на чувствительных лицах.

§ 133

При ощущении любого изменения, вызываемого лекарством, полезно, даже необходимо, для точного определения характера симптома, принимать различные положения, пока длится действие лекарства, и наблюдать, усиливается ли симптом, ослабевает или исчезает при движениях поражённой частью тела, во время прогулки по комнате или на свежем воздухе, в положении стоя, сидя или лёжа и повторяется ли он, если вновь принимается то положение, при котором он наблюдался впервые, меняется ли симптом во время еды или питья, или при любом другом условии: во время разговора, кашля, при чтении или любом другом действии тела, и в то же время отмечать, в какое время дня или ночи он проявляется наиболее заметно. В результате всего этого станет ясно, что является характерным и особенным для каждого симптома.

§ 134

Все внешние воздействия, и особенно лекарства, обладают свойством вызывать в здоровье живых организмов особенного рода изменения, присущие им самим. Но все симптомы, присущие какому-либо лекарству, не возникают у одного человека, ни все одновременно, ни во время одного и того же эксперимента, а некоторые появляются у одного человека преимущественно за один раз, другие же в течение второго или третьего эксперимента; у другого человека появляются некоторые другие симптомы. При этом у четвертого, восьмого или десятого человека могут наблюдаться некоторые из явлений уже появлявшихся у второго, шестого или девятого человека и т. д.; более того, они могут не повторяться в тот же самый час.

§ 135

Все элементы болезни, которую может вызвать данное лекарство, могут быть выявлены только путём многочисленных наблюдений за подходящими для этой цели лицами обоих полов и различной конституции. Мы только тогда можем быть уверены, что лекарство тщательно испытано с точки зрения болезненных состояний, которые оно может вызывать, т. е. с точки зрения его истинных возможностей изменять здоровье человека, когда последующие экспериментаторы смогут заметить мало нового в его действии и почти всегда только те же самые симптомы, которые уже наблюдались другими.

§ 136

Хотя, как уже было сказано, при испытании действия данного лекарства на здоровых людей нельзя выявить все изменения в здоровье, причиной которых оно может стать, на одном человеке, а только в том случае, когда оно даётся многим индивидуумам, различающимся своей телесной и психической конституцией, тем не менее, ему присуща способность возбудить в каждом человеке все эти симптомы (§ 117), согласно неизменному и непреложному закону природы, в силу которого все эффекты лекарства, даже лишь редко обнаруживающиеся у здорового человека, появляются в том случае, если это лекарство дано индивидууму, находящемуся в болезненном состоянии, характеризующемся сходными симптомами. Тогда назначенное даже в самых малых дозах гомеопатически выбранное средство, незаметно вызывает у пациента искусственное состояние, очень похожее на естественную болезнь, которую оно быстро и устойчиво гомеопатически излечивает.

§ 137

Чем более умеренны, в определённых пределах, дозы лекарства, применяемого в таких экспериментах, тем более отчётливо проявляются первичные действия и только эти действия, которые более всего необходимо знать, возникают без каких-либо дополнительных вторичных действий или реакций жизненной силы. Для подобных экспериментов следует отбирать людей правдивых, умеренных во всех отношениях, тонко чувствующих и способных сконцентрировать самое пристальное внимание на своих ощущениях. При применении же чрезмерно больших доз, среди симптомов одновременно обнаруживается не только ряд вторичных действий, но и первичные действия происходят в такой поспешной неразберихе и с такой стремительностью, что точные наблюдения невозможны, не говоря уже об опасности, сопровождающей их, которой никто, с уважением относящейся к своим ближним и воспринимающий самого жалкого из рода человеческого как своего брата, не будет пренебрегать.

§ 138

Все страдания, осложнения и изменения в здоровье экспериментатора в течение действия лекарства (если названные выше условия (§§ 124-127), существенные для хорошего и чистого эксперимента, выполняются) вызываются только этим лекарством и должны рассматриваться и регистрироваться как присущие только этому лекарству, как симптомы этого лекарства, даже если экспериментатор значительно раньше уже наблюдал у себя спонтанное проявление подобных явлений. Повторное возникновение их в процессе испытания лекарства показывает только, что этот индивидуум в силу особенностей своей конституции особенно предрасположен к таким симптомам. В этом случае они являются результатом действия лекарств; симптомы возникают не спонтанно, а под действием принятого лекарства, которое оказывает влияние на здоровье всего организма.

§ 139

Если врач не испытывает лекарство на себе, а даёт его другому человеку, последний должен четко фиксировать ощущения, страдания, нарушения и изменения в здоровье, которые ои испытывает и момент их возникновения, отмечая время, прошедшее с момента приема лекарства до появления симптома, и, если он длится долго, период его продолжительности. Врач просматривает отчёт в присутствии экспериментатора немедленно после завершения эксперимента или, если испытание длится несколько дней, делает это каждый день, чтобы, пока всё ещё свежо в памяти экспериментатора, задать ему вопросы о характере каждого из этих обстоятельств и более точно описать выявленные таким образом подробности или внести те изменения, которые может предложить экспериментатор (102).

§ 140

Если экспериментатор не может писать, врач должен каждый день получать от него информацию о том, что с ним случилось и как это происходило. Однако, то, что записывается как подлинная информация по этому поводу, должно быть преимущественно произвольным рассказом человека, который проводит эксперимент, ничего предположительного и не вытекающего из ответов на основные вопросы не должно допускаться. Всё должно устанавливаться с той же осторожностью, с какой я рекомендовал вьше (§§ 81-99) исследовать явления и прослеживать характер естественных болезней.

§ 141

Но наилучшими испытаниями истинного воздействия простых лекарств, вызывающих изменение в здоровье человека, а также искусственных болезней и симптомов, которые они могут вызывать у здорового индивидуума, являются те, которые здоровый, непредубеждённый, тонко чувствующий врач со всей необходимой осторожностью и тщательностью проводит на себе. Он с наибольшей определённостью знает то, что ощущает в себе самом (103).

§ 142

На то, как можно выделить некоторые симптомы (104) простого лекарства, применяемого в лечебных целях среди симптомов исходной болезни, даже при болезнях, особенно хронических, которые обычно остаются неизменными, является предметом, относящимся к более высокому искусству оценки и должно быть предоставлено исключительно мастерам наблюдения.

§ 143

Если бы мы таким образом испытали на здоровых людях значительное число простых лекарств и тщательно записали все элементы болезни и симптомы, которые они могут вызывать как искусственные возбудители болезни, только тогда мы имели бы истинную materia medica — совокупность реальных, истинных, достоверных (105) способов действия простых лекарственных веществ, книгу природы, где зарегистрировано значительное множество специфических изменений в здоровье и симптомы, присущие каждому сильному лекарству, как они открылись вниманию наблюдателя. Этим лекарствам присущи элементы болезней, подобные многим естественным болезням, которые следует лечить с помощью этих средств, короче говоря, им присущи искусственные болезненные состояния, являющиеся для подобных естественных болезненных состояний единственно верным, гомеопатическим, так сказать, специфическим инструментом для надёжного и необратимого лечения.

§ 144

Из такой Materia medica всё, что является предположительным, всё, что является голословным или воображаемым, должно быть строго исключено; всё должно быть чистым языком природы, внимательно и честно вопрошаемой.

§ 145

Действительно, только создав значительный запас лекарств, точно известных с точки зрения их истинных способов действия при вызываемых ими изменениях в здоровье человека, мы сможем открыть гомеопатическое средство — соответствующий искусственный (лечебный) болезнетворный аналог для каждого из беспредельно большого числа болезненных состояний, существующих в природе, для каждого заболевания в мире (106). Между тем, даже в настоящее время, благодаря точному характеру симптомов и изобилию элементов болезней, которые каждое из сильных лекарственных веществ уже проявило в своем действии на здоровое тело, остаётся только несколько болезней, для которых хорошо соответствующее гомеопатическое средство не найдено среди тех лекарств, которые уже испытаны с точки зрения их чистого действия (107), и которые без серьёзных нарушений восстанавливают здоровье мягким, надёжным и необратимым способом, — бесконечно более надёжно и безопасно, чем можно воздействовать всей общей и специальной терапией старого аллопатического лечения с его неизвестными сложными средствами, которые только изменяют и отягчают состояние пациента, но не могут вылечить хронические болезни и часто ставят под угрозу жизнь.

§ 146

Третья черта работы истинного врача относится к разумному применению искусственных болезнетворных веществ (лекарств), испытанных на здоровых людях с целью выявления их истинного действия для использования при гомеопатическом лечении естественных болезней.

§ 147

Если симптомы любого из этих лекарств, уже испытанных с точки зрения их способности вызывать при их использовании изменения здоровья человека, оказываются наиболее сходными с совокупностью симптомов данной естественной болезни, то это лекарство будет и должно быть самым подходящим, самым верным гомеопатическим средством для этой болезни: оно содержит специфическое средство, необходимое для этого случая болезни.

§ 148

Естественную болезнь никогда не следует рассматривать как некое вредное материальное вещество, расположенное где-то внутри или снаружи человека (§§ 11-13), а как нечто, вызываемое неким враждебным духовным (умозрительным) фактором, который, подобно определённому виду инфекции, нарушает, в его инстинктивном существовании, духовный (умозрительный) принцип жизни в организме, терзая его, подобно злому духу, и вызывая определённые недомогания и нарушения в нормальном течении его жизни. Эти недомогания и нарушения известны как симптомы (болезнь). Если влияние этого вредного фактора, который не только обусловил, но и стремится продолжать это нарушение, снимается, как это делается, когда врач назначает искусственную потенцию, способную изменить жизненный принцип наиболее подобным образом (гомеопатическое средство), которая даже в минимальных дозах превышает по силе подобную естественную болезнь (§§ 33, 279), то влияние исходного вредного болезненного вещества на жизненный принцип исчезает в течение действия этой более сильной подобной искусственной болезни. Теперь зла для жизненного принципа больше не существует — оно разрушено. Если, как было сказано, выбранное гомеопатическое средство назначено правильно, то недавно развившаяся острая естественная болезнь, которую нужно подавить, незаметно исчезнет через несколько часов после приема.
Более старая, хроническая болезнь отступит несколько позже вместе со всеми следами дискомфорта в результате применения нескольких доз того же самого средства более высокой степени разведения или в результате тщательного подбора (108) более сходного гомеопатического лекарства. Выздоровление наступает в незаметных, часто быстрых переходах. Жизненный принцип вновь освобождён и способен продолжать жизнь организма в здоровом состоянии, как прежде, и силы возвращаются.

§ 149

Для лечения более продолжительных болезней (и особенно осложнённого характера) требуется пропорционально больше времени. Гораздо больше времени требуется для лечения хронической лекарственной дискразии, часто развивающейся в результате плохого аллопатического лечения естественной болезни, оставшейся неизлеченной; они, в самом деле, часто неизлечимы вследствие беззастенчивого грабежа физических и духовных сил пациента (кровопускание, слабительные и т. д.) из-за продолжительного применения больших доз сильнодействующих лекарств, назначаемых на основании пустых ложных теорий для мнимой пользы в случаях болезней, кажущихся похожими, а также вследствие неподходящих минеральных ванн, и т. д. — основного дела, выполняемого аллопатией в её так называемых методах лечения.

§ 150

Если пациент жалуется на один или более незначительных симптомов, которые стали наблюдаться лишь недавно, врач не должен рассматривать это как полностью проявившуюся болезнь, требующую серьёзной медицинской помощи. Незначительное изменение диеты и режима обычно оказывается достаточным, чтобы устранить такое недомогание.

§ 151

Но если пациент жалуется на немногие симптомы, причиняющие ему сильные страдания, врач, как правило, в результате исследования найдёт, кроме них, несколько других симптомов, хотя и более лёгкого характера, которые составляют полную картину заболевания.

§ 152

Чем более тяжёлой является острая болезнь, тем из более многочисленных и ярких симптомов она состоит, но с тем большей уверенностью может быть найдено для неё подходящее средство, если с точки зрения их положительного действия известно достаточное количество лекарств, из которых можно выбирать. Из перечней симптомов многих лекарств будет нетрудно найти один, из отдельных элементов болезни которого может быть создан антитип целебной искусственной болезни, очень схожий с совокупностью симптомов естественной болезни. Это лекарство и явится нужным средством.

§ 153

При таком поиске гомеопатического специфического средства, т.е. при сравнении совокупных симптомов данной естественной болезни с перечнем симптомов известных лекарств с целью найти среди них искусственное болезнетворное вещество, соответствующее по подобию болезни, подлежащей лечению, следует иметь в виду наиболее поразительные, единственные, необычные и специфические (характерные) признаки и симптомы (109), поскольку особенно им должны соответствовать очень схожие симптомы в перечне симптомов выбранного лекарства для того, чтобы считать это лекарство самым подходящим для лечения. Более общие и неопределённые симптомы: потеря аппетита, головная боль, слабость, беспокойный сон, недомогание и т. д., заслуживают лишь небольшого внимания, если они имеют смутный и неопределённый характер и не могут быть более точно описаны, поскольку симптомы такой общей природы наблюдаются почти при каждой болезни и почти от каждого лекарства.

§ 154

Если антитип, созданный из перечня симптомов самого подходящего лекарства, содержит эти особенные, необычные, единственные и отличительные (характерные) симптомы, которые должны быть обнаружены в болезни, подлежащей лечению, в наибольшем количестве и наибольшем сходстве, то это лекарство является самым подходящим гомеопатическим специфическим средством для этого болезненного состояния; болезнь, если она не очень продолжительна, устраняется и гасится в результате приёма первой дозы этого лекарства без каких-либо серьёзных нарушений.

§ 155

Я сказал «без каких-либо серьёзных нарушений». Поскольку при использовании этого самого подходящего гомеопатического средства в действие вводятся только те симптомы данного лекарства, которые соответствуют симптомам болезни, первые заменяют последние (более слабые) в организме, т.е. в ощущениях жизненного принципа. Поэтому и таким образом они уничтожают их, пересиливая; другие же симптомы данного гомеопатического лекарства, которые часто очень многочисленны, совершенно не соответствующие случаю данной болезни, совсем не вводятся в действие. Пациент, которому ежечасно становится лучше, почти совсем их не чувствует, потому что чрезмерно малые дозы, требующиеся для гомеопатического применения, слишком слабы, чтобы вызывать другие симптомы лекарства, не являющиеся гомеопатическими для данного случая, в не подверженных болезни частях тела. Они, следовательно, могут сделать возможным действие только гомеопатических симптомов на те части организма, которые уже наиболее раздражены и возбуждены подобными симптомами болезни, чтобы больной жизненный принцип мог реагировать только на подобную, но более сильную лекарственную болезнь, посредством чего исходная болезнь подавляется.

§ 156

Однако нет почти нн одного гомеопатического лекарства, как бы хорошо оно не было подобрано, которое, особенно если оно даётся в недостаточно малых дозах, не вызывало бы, пока длится его действие, у очень раздражительных и чувствительных пациентов, по крайней мере одно незначительное, необычное нарушение, некий легкий новый симптом, так как невозможно, чтобы лекарство и болезнь перекрывали бы по симптомам друг друга полностью, как два треугольника с равными сторонами и равными углами. Но это незначительное (в обычных условиях) различие будет легко устранено потенциальной скрытой активностью (энергией) живого организма и не будет ощущаться пациентами, если они не являются чрезмерно и тонко чувствующими; восстановление, тем не менее, продолжается до полного выздоровления, если этому не мешают влияние разнородных лекарственных воздействий на пациента, сбои в режиме или волнения пациента.

§ 157

Но хотя гомеопатически выбранное средство в силу его соответствия и незначительности дозы, несомненно, мягко устраняет и уничтожает подобную ему острую болезнь без проявления других его негомеопатических симптомов, т.е., не вызывая новых серьёзных нарушений, тем не менее, обычно, немедленно после приема (в течение первого часа или нескольких часов) оно вызывает что-то вроде небольшого обострения, если доза не была достаточно малой, и (в том случае, если доза, однако, была до некоторой степени слишком большой, в течение значительного количества часов) которое так сильно похоже на исходную болезнь, что воспринимается пациентом как усиление его собственной болезни. Но в действительности это ничто иное, как чрезвычайно похожая лекарственная болезнь, в какой-то степени превосходящая по силе исходное заболевание.

§ 158

Это лёгкое гомеопатическое обострение в течение первых часов — очень хороший признак того, что острая болезнь, вероятнее всего, отступила после первой дозы — именно то, что и должно быть, так как лекарственная болезнь, естественно, должна быть несколько сильнее, чем заболевание, подлежащее лечению, если она должна пересилить и уничтожить последнее, точно так же, как естественная болезнь может устранить и уничтожить другую подобную ей, только в том случае, если она сильнее последней (§§ 43-48).

§ 159

Чем меньше доза гомеопатического средства при лечении острых болезней, тем гораздо слабее и непродолжительнее это кажущееся усиление болезни в течение первых часов.

§ 160

Но поскольку доза гомеопатического средства едва ли может быть сделана настолько малой, что оно не будет способно принести облегчение, пересилить, действительно полностью вылечить и уничтожить неосложнённую непродолжительную подобную ему естественную болезнь (§ 249, примечание), постольку мы можем понять, почему доза подходящего гомеопатического лекарства, не самая малая из возможных, всегда в течение первого часа после приема этого средства вызывает ощутимое гомеопатическое обострение такого рода (110).

§ 161

Когда я здесь ограничиваю так называемое гомеопатическое обострение, или, скорее, первичное действие гомеопатического средства, как будто до некоторой степени усиливающего симптомы исходной болезни, первым или несколькими первыми часами, то это, несомненно, справедливо для болезней более острого характера и недавнего происхождения. Но, в случае назначения лекарств продолжительного действия для преодоления заболевания значительной или очень большой давности, никакого явного ухудшения исходной болезни не должно возникать в течение лечения, и оно не возникает, если точно выбранное лекарство назначается в надлежащих малых, постепенно повышающихся дозах, каждая из которых несколько изменена благодаря новой степени динамизации (§ 247). Такое усиление исходных симптомов хронической болезни может возникнуть только в конце лечения, когда лечение почти или совершенно закончено.

§ 162

Иногда из-за того, что пока известно лишь умеренное число лекарств с точки зрения их истинного, чистого действия, в перечне симптомов наиболее подходящего лекарства может быть обнаружена только часть симптомов болезни, подлежащей лечению; следовательно, должно применять это несовершенное лекарственное болезнетворное вещество из-за отсутствия более совершенного.

§ 163

В этом случае мы действительно не можем ожидать от этого лекарства полного, ненарушаемого лечения, поскольку во время его использования появляются некоторые симптомы, которые прежде не наблюдались при данной болезни, — побочные симптомы этого не совсем подходящего лекарства. Это никоим образом не препятствует искоренению этим лекарством значительной части болезни (тех симптомов болезни, которые сходны с симптомами лекарства), т.е. довольно хорошему началу лечения, но всё же оно не обойдётся без побочных симптомов, которые, однако, всегда умеренны, если доза лекарства достаточно незначительна.

§ 164

Небольшое количество гомеопатических симптомов, присущих наилучшим образом подобранному лекарству, не является препятствием к лечению в тех случаях, когда эти немногие лекарственные симптомы являются в основном необычного типа и особенно отличительными (характерными) для этой болезни; лечение при таких обстоятельствах проходит без каких-либо особенных нарушений.

§ 165

Если, однако, среди симптомов выбранного лекарства нет ни одного, который имел бы точное сходство с отличительными (характерными), специфическими, необычными симптомами этого случая болезни, и если средство соответствует болезни только в общих, неясно описанных, неопределённых состояниях (тошнота, слабость, головная боль и т. д.), и если среди известных лекарств нет ни одного более подходящего гомеопатически, то в этом случае врач не может надеяться на немедленный благоприятный результат от применения этого негомеопатического лекарства.

§ 166

Такие случаи, однако, очень редки, благодаря увеличивающемуся количеству лекарств, чистое действие которых теперь известно, а их побочные эффекты, когда они возникают, устраняются, как только может быть выбрано следующее лекарство, более точно соответствующее.

§ 167

Таким образом, если сначала во время использования этого неправильно применяемого гомеопатического средства, возникнут в какой-то момент побочные симптомы, то, в случае острых болезней, мы не допускаем, чтобы эта первая доза исчерпала своё действие, и не предоставляем пациенту в полной мере испытать действие данного средства, но снова исследуем болезненное состояние при изменившихся теперь условиях, и, чтобы представить новую картину болезни, добавляем оставшиеся исходные симптомы к вновь развившимся.

§ 168

Действуя таким образом, мы сможем гораздо проще обнаруживать среди известных лекарств аналог болезненному состоянию, с которым мы столкнулись, единственная доза которого, если не полностью ликвидирует болезнь, то значительно продвинет её по пути излечения. И таким образом мы продолжаем, даже если это лекарство не совсем подходящее для восстановления здоровья, исследовать снова и снова всё ещё остающееся болезненное состояние, и выбирать гомеопатическое лекарство, настолько подходящее для него, насколько это возможно, до тех пор, пока наша цель, а именно возвращение пациенту прекрасного здоровья, не будет достигнута.

§ 169

В случае, если бы после первого исследования болезни и первого выбора лекарства мы обнаружили, что совокупность симптомов данной болезни не будет результативно покрыта элементами болезни какого-либо единственного лекарства из-за недостаточного количества известных лекарств, и что два лекарства соперничают в предпочтительности с точки зрения соответствия, одно из которых более пригодно гомеопатически для одной части симптомов болезни, другое — для другой части симптомов, не рекомендуется после применения более подходящего из этих двух лекарств назначать другое без нового обследования и тем более давать оба одновременно (§ 272, примечание), поскольку лекарство, которое казалось самым лучшим для назначения следующим, не было бы подходящим для оставшихся симптомов в изменившихся теперь условиях. В таком случае, следовательно, вместо второго лекарства для совокупности симптомов, появившихся при новом обследовании, должно быть выбрано более подходящее гомеопатическое средство.

§170

Следовательно, в этом, как и в каждом случае, когда происходит изменение болезненного состояния, должна быть исследована оставшаяся совокупность симптомов, присутствующих теперь, и (не обращая никакого внимания на средство, которое сначала, казалось, должно было быть следующим с точки зрения соответствия) должно быть выбрано другое гомеопатическое средство, более соответствующее, насколько возможно, новому состоянию. Если бы случилось так, поскольку такие случаи не часты, что лекарство, которое сначала представлялось лучшим для следующего назначения, всё ещё кажется хорошо соответствующим оставшемуся болезненному состоянию, оно тем более заслуживает того, чтобы быть использованным, и его применение предпочтительнее по сравнению с любым другим.

§ 171

Часто при лечении невенерических хронических болезней, вызываемых обычно псорой, нужно последовательно давать несколько антипсорных средств, гомеопатически выбирая каждое последующее в соответствии с группой симптомов, оставшихся после окончания действия предыдущего средства.

§ 172

Сходная трудность при лечении возникает из-за того, что симптомов болезни слишком мало — обстоятельство, которое заслуживает нашего пристального внимания, поскольку если оно будет устранено, почти все трудности, которые могут быть на пути этого самого совершенного из всех возможных методов лечения (если не считать того, что его аппарат известных гомеопатических средств всё ещё неполон), будут устранены.

§ 173

Единственными болезнями, которые, по видимости, имеют мало симптомов и поэтому менее поддаются лечению, являются те, которые могут быть названы односторонними, поскольку они проявляют только один или два основных симптома, которые затмевают почти все другие. Они относятся в основном к классу хронических болезней.

§ 174

Их главным симптомом может быть или внутреннее заболевание (например, многолетние головные боли, длительный понос, застарелая кардиалгия и т.д.), или заболевание скорее наружного свойства. Болезни второго рода обычно называются местными болезнями.

§ 175

Односторонние болезни первого рода часто обусловлены недостатком у врача-наблюдателя способности к различению, когда он не может полностью раскрыть действительно присутствующие симптомы, что позволило бы ему завершить картину болезни.

§ 176

Однако, тем не менее, есть несколько болезней, которые после самого тщательного первоначального обследования (§§ 84-98) обнаруживают только один или два тяжёлых, острых симптома, в то время как все другие лишь смутно ощутимы.

§ 177

Чтобы наиболее успешно справиться с такими случаями, которые встречаются очень редко, мы должны, прежде всего, руководствуясь этими немногими симптомами, выбрать лекарство, которое, по нашим оценкам, больше всего показано гомеопатически.

§ 178

Без сомнения, иногда может случиться так, что это лекарство, выбранное с соблюдением законов гомеопатии, вызовет подобную искусственную болезнь, способную уничтожить имеющиеся заболевания. Это вероятнее всего происходит, когда эти немногие болезненные симптомы являются очень сильными, определёнными, необычными и особенно отличающимися (характерными).

§ 179

Однако, более часто первоначально выбранное в таком случае лекарство может подходить только частично, т. е. неточно, поскольку не было значительного числа симптомов, которыми можно было бы руководствоваться для точного выбора.

§ 180

В этом случае наилучшим образом выбранное лекарство, которое, однако, в силу указанной выше причины является не полностью гомеопатическим, вызовет при его воздействии на болезнь только частично аналогичную ему — точно так же, как в вышеупомянутом случае (§ 162 и след.), когда ограниченное число симптомов гомеопатических средств делает выбор несовершенным — дополнительные симптомы, и некоторые симптомы из его собственного перечня смешаются с симптомами состояния пациента. Они, однако, в то же время являются симптомами самой болезни, хотя, возможно, до сих пор никогда или очень редко проявлявшимися; появляются некоторые симптомы, которые пациент никогда ранее не испытывал, или те симптомы, которые он только смутно чувствовал, становятся более определенными.

§ 181

Mы будем возражать против того, что побочные явления и новые симптомы этой болезни, которые теперь появились, следует отнести за счет назначенных лекарственных препаратов. Несомненно, что эти препараты явились причиной их возникновения (111), но они всегда являются только симптомами такого свойства, какое эта болезнь сама могла вызвать в этом организме, и которые были вызваны и стимулировались назначенным лекарством, вследствие его способности вызывать подобные симптомы. Короче говоря, мы должны рассматривать всю совокупность симптомов, воспринимаемых в данный момент как принадлежащие самой болезни, как реально существующее условие, и соответственно организовывать наше дальнейшее лечение.

§ 182

Таким образом, несовершенный выбор лекарственного препарата, который был почти неизбежным следствием слишком ограниченного числа имеющихся симптомов, способствует полному проявлению симптомов болезни и облегчает таким образом обнаружение второго, более соответствующего гомеопатического лекарства.

§ 183

Поэтому, как только прекратится полезное действие первой дозы первого лекарства (если вновь возникшие симптомы из-за их серьезности не требуют более быстрой помощи, что, однако, из-за незначительности дозы гомеопатического лекарства и при затяжных хронических болезнях бывает чрезвычайно редко), следует провести новое обследование болезни, status morbi, как это следовало бы написать теперь, и в соответствии с этим выбрать второе гомеопатическое средство, которое бы точно соответствовало существующему в данное время состоянию, и которое было бы более подходящим, поскольку группа симптомов стала большей и более полной (112).

§ 184

Подобным образом, после того, как каждая новая доза лекарства исчерпала своё действие, когда оно больше не подходит и не помогает, состояние болезни, которое всё ещё остается, должно быть описано снова с учетом оставшихся симптомов, и должно быть найдено другое гомеопатическое средство, наиболее подходящее для группы наблюдаемых теперь симптомов, и так далее, до полного выздоровления.

§ 185

Среди односторонних болезней важное место занимают так называемые местные заболевания. Этим термином обозначаются те изменения и болезни, которые появляются на наружных частях тела. До сих пор господствующая в школах идея заключалась в том, что в таких случаях болезненно поражаются только эти части тела, а остальное тело не участвует в болезни — теоретическая, абсурдная доктрина, которая привела к наиболее губительному лекарственному лечению.

§ 186

Эти так называемые местные заболевания, которые возникли недавно только в результате наружного повреждения, кажутся, тем не менее, заслуживающими названия местных болезней. Но это только в том случае, если повреждение очень лёгкое, которое не имеет большого значения, так как в случае, когда возникающие извне повреждения сколько-нибудь серьёзны, это влияет на весь организм: появляется жар и т. д. Лечение таких болезней передается хирургии; но это справедливо только настолько, насколько пораженные части требуют механической помощи, когда внешние помехи излечению, которого можно ожидать только от действия жизненной силы, могут быть устранены механическими средствами, такими, например, как уменьшение смещения, стягивание краев раны иглами и повязками, прекращение кровотечения из открытых артерий механическим надавливанием, извлечение чужеродных тел, которые проникли в тело, вскрытие полости в теле для удаления раздражающего вещества или обеспечения удаления излияния или скопления жидкостей, сопоставление концов сломанной кости и удерживание их в правильном положении соответствующими повязками и т. д. Но когда при таких поражениях весь организм требует, что он всегда и делает, активной динамической помощи, для завершения лечения, как, например, при сильном жаре в результате множественных ушибов, разрыве мышц, сухожилий и кровеносных сосудов, требующих устранения назначением лекарства для внутреннего употребления, или когда наружную боль обваренных или обожжённых частей тела необходимо подавить гомеопатически, тогда потребуются услуги врача, придерживающегося представлений о динамической сущности болезней, и его полезная гомеопатия.

§ 187

Но те поражения, изменения и болезни, появляющиеся на наружных частях, которые вызваны не каким-либо внешним повреждением или те, непосредственной причиной которых является лишь лёгкое наружное ранение, возникают совершенно другим образом: их источником является некое внутреннее заболевание. Рассматривать их как простое наружное повреждение и подходить к ним только или почти только как к болезням, подлежащим хирургическому лечению, при помощи местных примочек или других подобных средств — как делала старая школа с незапамятных времен — так же абсурдно, как и пагубно по результатам.

§ 188

Эти поражения рассматривались просто как местные, и были поэтому названы местными болезнями, как будто они были заболеваниями, ограниченными исключительно теми частями тела, где организм принимал малое или никакого участия, или поражением этих отдельных видимых частей, о которых остальной организм, так сказать, ничего не знал (113).

§ 189

И, тем не менее, будет достаточно лишь немного поразмыслить, чтобы убедиться в том, что никакое наружное заболевание (не вызванное какими-либо серьёзными повреждениями извне) не может возникнуть, продолжаться и даже усиливаться без какой-либо внутренней причины, без содействия всего организма, который, следовательно, должен быть в болезненном состоянии. Оно не могло бы возникнуть без участия всего остального организма, без разрешения всей оставшейся целебной силы и без участия всего остального (жизненной силы, которая наполняет все чувствительные и раздражимые части организма): в самом деле, невозможно представить себе его возникновение без содействия всей (расстроенной) жизни — так тесно все части организма связаны друг с другом, образуя единое целое в ощущениях и функциях. Ни сыпь на губах, ни панариций не могут возникнуть без предыдущего и одновременного внутреннего нездоровья.

§ 190

Всякое истинное лекарственное лечение наружной болезни, возникающей из-за незначительного повреждения извне или без него, должно быть, поэтому, направлено против целого, должно способствовать уничтожению и лечению общего заболевания с помощью внутренних средств, если нужно, чтобы лечение было разумным, верным, действенным и радикальным.

§ 191

Как самым недвусмысленным образом подтверждается опытом во всех случаях, каждое сильное внутреннее лекарство непосредственно после его приема вызывает серьёзные изменения в общем состоянии здоровья пациента, и особенно в поражённых наружных частях (которые обычные медицинские школы рассматривают как совершенно изолированные), даже при так называемых местных болезнях большинства наружных частей тела, и это вызванное им изменение наиболее полезно, поскольку является признаком восстановления здоровья всего тела одновременно с устранением наружного поражения (без помощи какого-либо наружного средства), если только внутреннее средство, воздействующее на состояние пациента в целом, было правильно выбрано с точки зрения гомеопатии.

§ 192

Оно лучше всего действует, если при исследовании данного случая болезни вместе с точным характером местного поражения рассматриваются все изменения, страдания и симптомы, наблюдаемые в здоровье пациента, и, может быть, замеченные ранее, когда никаких лекарств не применялось. Они рассматриваются совместно, чтобы представить полную картину болезни, прежде чем искать среди лекарств, специфическое патогенетическое воздействие которых известно, средство, соответствующее совокупности симптомов, чтобы выбор был истинно гомеопатическим.

§ 193

С помощью этого лекарства, принимаемого только внутрь, общее болезненное состояние тела устраняется вместе с местным поражением, и последнее вылечивается одновременно с первым, что является доказательством того, что местное поражение зависело только от болезни остального тела и должно было рассматриваться как неотделимая часть целого, как один из самых значительных и сильных симптомов болезни в целом.

§ 194

Ни при острых местных болезнях недавнего происхождения, ни при уже давно существующих местных поражениях, не является полезным втирать или прикладывать к этому месту наружное средство, даже если оно специфическое и при внутреннем употреблении полезно благодаря его гомеопатичности, даже если оно в то же самое время назначено внутренне. Острые местные поражения (например, воспаление отдельных частей, рожистое воспаление и т. д.), которые вызваны не внешним повреждением пропорциональной силы, а динамической, или внутренней причиной, наиболее надёжно поддаются лечению внутренними средствами, наиболее гомеопатически соответствующими видимому состоянию, наружному и внутреннему, выбранными из всего количества испытанных лекарств, и обычно без каких-либо других средств. Но если эти болезни не поддаются воздействию лекарств полностью и если в поражённой области и в состоянии в целом, несмотря на правильную схему лечения, ещё остаются следы болезни, которые жизненная сила не может восстановить до нормального состояния, следовательно, острая болезнь (как нередко случается) вызвана псорой, которая до этого времени оставалась скрытой внутри, а теперь проявилась и может развиться в какую-либо явную хроническую болезнь.

§ 195

Для радикального лечения в таких случаях, которые отнюдь не редки, после того, как острое состояние пройдёт, следует направить против симптомов, которые ещё остаются, и против болезненного состояния, которому пациент был подвержен ранее, соответствующее антипсорное лечение (как рекомендовалось в моей работе «Хронические болезни»). При хронических местных заболеваниях, не являющихся явно венерическими, антипсорное внутреннее лечение, кроме того, только и необходимо.

§ 196

В самом деле, может показаться, как будто лечение таких болезней могло бы быть ускорено применением лекарственных веществ, которые известны как действительно гомеопатические для совокупности симптомов, не только внутренне, но также и наружно, поскольку действие лекарства, приложенного к пораженному месту, могло бы привести к более быстрым изменениям в нём.

§ 197

Такое лечение, однако, совершенно недопустимо не только для местных симптомов, возбуждаемых миазмом псоры, но также, и особенно, для симптомов, возникающих в миазмах сифилиса или сикоза, т. к. одновременное местное приложение вместе с употреблением средства внутрь при болезнях, главным симптомом которых является устойчивое местное поражение, имеет большой недостаток, заключающийся в том, что таким местным приложением этот главный симптом (местное повреждение) (114) будет уничтожен скорее, чем внутренняя болезнь, и мы будем введены в заблуждение подобием такого лечения полному лечению; или, по крайней мере, будет трудно, а в некоторых случаях невозможно, определить из-за преждевременного исчезновения местных симптомов, устранена ли болезнь в целом одновременным применением внутреннего лекарства.

§ 198

Только лишь местное применение лекарств, которые являются сильными при употреблении внутрь, к местным симптомам хронических миазматических болезней по той же причине совершенно недопустимо, так как если бы местное поражение при хронической болезни было устранено только локально и в одностороннем порядке, то способ внутреннего лечения, необходимого для полного восстановления здоровья, оставался бы неясным: главный симптом (местное поражение) исчез, а остались только другие, менее различимые симптомы, которые менее постоянны и устойчивы, чем местное поражение, и часто недостаточно специфичны и мало характерны, чтобы чётко представить картину заболевания.

§ 199

Если средство полностью гомеопатическое для данной болезни ещё не обнаружено 115 к тому времени, когда местные симптомы были разрушены едким или сушащим наружным средством или ножом, то этот случай становится гораздо труднее из-за слишком неопределенных (нехарактерных) и неустойчивых остающихся симптомов; поскольку то, что больше всего способствовало бы правильному определению выбора наиболее подходящего средства для внутреннего употребления до тех пор, пока болезнь была бы полностью уничтожена, а именно, наружные главные симптомы, исключено из нашего наблюдения.

§ 200

Если бы этот симптом ещё присутствовал, чтобы руководствоваться им при внутреннем лечении, может быть, было бы обнаружено гомеопатическое средство для болезни в целом, а если бы оно было найдено, то стойкость местного поражения в течение внутреннего употребления этого средства показало бы, что лечение ещё не завершено; но если бы наружное лечение было вылечено, это было бы убедительным доказательством того, что, болезнь полностью искоренена и желаемое выздоровление от болезни, в целом, полностью достигнуто — неоценимое необходимое преимущество, способствующее хорошему лечению.

§ 201

Это очевидно, что жизненная сила человека, когда ей препятствует какая-либо хроническая болезнь, которую она не может преодолеть инстинктивно своими собственными силами, принимает план развития местного заболевания на какой-либо наружной части с единственной целью, чтобы вызвав и поддерживая болезненное состояние в этой части, не являющей обязательной для жизни человека, подавить таким образом внутреннюю болезнь, которая, в противном случае, угрожает разрушить жизненно важные органы (и лишить пациента жизни), и передать, так сказать, внутреннюю болезнь замещающему местному поражению и оттянуть её туда, если это возможно. Наличие местного поражения, таким образом, подавляет на какое-то время внутреннюю болезнь, хотя не может ни вылечить её, ни устранить её физически (116). Местное поражение, однако, является ничем иным, как частью общей болезни, но частью, усиливаемой в одном направлении органической жизненной силой и передаваемой менее опасной (наружной) части тела, чтобы ослабить внутреннюю болезнь. Но (как было сказано) этот местный симптом, который подавляет внутреннюю болезнь, не создает жизненной силе возможности для ослабления или лечения заболевания в целом. Внутренняя болезнь, напротив, продолжает, несмотря на это, постепенно нарастать, и Природа вынуждена расширять и усиливать местные симптомы больше и больше, чтобы он был достаточным как заместитель усиливающейся внутренней болезни и мог её сдерживать. Застарелые язвы на ногах ухудшаются, пока не вылечена внутренняя псора, твердый шанкр усиливается, пока внутренний сифилис остаётся неизлеченным, остроконечная кондилома расширяется и разрастается, пока не вылечивается сикоз, а тем временем последний делается всё более трудным для излечения, так как внутренняя болезнь в целом продолжает усиливаться с течением времени.

§ 202

Если бы врач старой школы разрушил местный симптом местным приложением наружных средств, веря, что он таким способом лечит болезнь в целом, Природа восполнила бы эту утрату, возбудив внутреннюю болезнь и другие симптомы, которые ранее существовали в скрытом виде бок о бок с местным поражением; т.е. она углубила бы внутреннюю болезнь. Когда это случается, обычно говорят, хотя это и неправильно, что местное поражение было загнано внутрь организма или перенесено на нервную систему из-за применения наружных средств.

§ 203

Каждая процедура наружного лечения таких местных симптомов, целью которой является удаление их с поверхности тела, в то время как внутренняя миазматическая болезнь остается не вылеченной, как, например, удаление с кожи чесоточной сыпи всеми видами мазей, уничтожение твёрдого шанкра каустиком и удаление кондилом ножом, лигатурой или прижиганием относится к пагубному наружному способу лечения, до сих пор так широко практиковавшемуся — самому обильному источнику всех бесчисленных названных или неназванных хронических заболеваний, от которых стонет человечество; это одна из наиболее криминальных процедур, в которой может быть обвинено медицинское сообщество и, тем не менее, до этого времени она была повсеместно принята и преподавалась с профессорских кафедр как единственно возможная. (117)

§ 204

Если мы отбросим все хронические поражения, недомогания и болезни, обусловленные постоянно нездоровым образом жизни (§ 77), как и те бесчисленные лекарственные заболевания (см. § 74), которые вызваны неразумным, постоянным, изнуряющим и пагубным лечением часто незначительных болезней врачами старой школы, то большинство из оставшихся хронических болезней окажутся результатом развития трех хронических миазмов: внутреннего сифилиса, внутреннего сикоза, но в основном и в неопределенно большем соотношении — внутренней псоры. Каждая из этих инфекций уже поразила весь организм и проникла во всех направлениях, до появления первичных, замещающих местных симптомов каждой из них (в случае псоры чесоточной сыпи, при сифилисе твёрдого шанкра или бубона, при сикозе кондиломы), которые препятствовали их вспышке. Эти хронические миазматические болезни, если исключить их местный симптом, неизбежно, как предопределено могущественной Природой, раньше или позже должны развиться и прорваться, вызывая таким образом все невыразимые страдания, невероятное число хронических болезней, которые мучили человечество сотни и тысячи лет, ни одна из которых не возникла бы, если бы врачи старались разумным способом лечить радикально и различать в организме эти три миазма, без применения местных средств для их соответствующих наружных симптомов, полагаясь только на надлежащие гомеопатические средства для каждого из них. (Смотри примечание к § 282).

§ 205

Врач-гомеопат никогда не лечит ни один из этих первичных симптомов хронических миазмов, даже ни одно из их вторичных поражений, которые являются результатом их дальнейшего развития, местными средствами (ни теми наружными веществами, которые действуют динамически (118), ни даже теми, которые действуют механически). Он при появлении того или другого симптома лечит только глубокий миазм, которым они обусловлены, вследствие чего его первичные, так же, как и вторичные симптомы, исчезают спонтанно. Но поскольку это не было способом, которого придерживались практикующие врачи старой школы, которые предшествовали ему в лечении данного случая, врач-гомеопат обычно, увы! обнаруживает, что первичные симптомы (119) уже уничтожены ими с помощью наружных средств и что ему теперь ничего не остается, кроме как иметь дело больше с вторичными симптомами, т.е. с поражениями, возникшими в результате вспышки и развития этих скрытых миазмов, но особенно с хроническими болезнями, развившимися из внутренней псоры, внутреннее лечение которых я старался на основе многолетних размышлений, наблюдения и опыта описать в моей работе «Хронические болезни», к которой я должен отослать читателя.

§ 206

До начала лечения хронической болезни необходимо провести самое тщательное исследование (120), чтобы установить, не было ли у пациента какой-либо венерической инфекции (или инфекции кондиломатозной гонореи), поскольку тогда, если присутствуют только признаки сифилиса (или, что более редко, кондиломатозной болезни), лечение должно быть направлено только на них, но эта болезнь очень редко в наши дни встречается одна. Если такая инфекция имела место раньше, это также необходимо иметь в видy при лечении тех случаев, когда присутствует псора, потому что в них последнее осложнено предыдущим, как всегда, когда симптомы не являются симптомами чистого сифилиса; поскольку, когда врач думает, что он имеет дело со случаем застарелой венерической болезни, он всегда или почти всегда должен лечить сифилитическое поражение, сопровождающееся чаще всего (осложнённое) псорой, т. к. внутренняя зудящая дискразия (псора) чаще всего является самой частой основной причиной хронических болезней. Временами, оба миазма могут осложняться также сикозом в хронически больных организмах, или, что является наиболее частым случаем, псора оказывается единственной основной причиной всех других хронических заболеваний, как бы они не назывались, которые, более того, так часто ухудшаются, усиливаются и искажаются в невероятной степени аллопатическим неумением.

§ 207

После получения описанной выше информации врачу-гомеопату ещё остается установить, какой вид аллопатического лечения этой хронической болезни был принят до этого дня, какие сильные лекарства в основном и наиболее часто применялись, а также какие минеральные ванны принимались и какое действие всё это производило, чтобы понять в какой-то мере степень искажения характера болезни по сравнению с её исходным состоянием и, где это возможно, частично исправить последствия этих пагубных искусственных процедур, или отказаться от применения лекарств, которые уже использовались ненадлежащим образом.

§ 208

Возраст пациента, его образ жизни и диета, его профессия, семейное и общественное положение и так далее, также должны приниматься во внимание, чтобы установить, могут ли эти факторы усилить заболевание, или насколько они могут способствовать или мешать лечению. Таким же образом следует учитывать состояние его духа и ума, чтобы узнать, представляют ли они какое-либо препятствие к лечению или его требуется должным образом направлять, поощрять или изменять.

§ 209

После того, как это сделано, врач должен стремиться в повторных беседах с пациентом проследить картину его болезни возможно полнее в соответствии с данными выше направлениями, чтобы быть в состоянии выделить наиболее заметные и специфические (характерные) симптомы, в соответствии с которыми он выбирает первое антипсорное или другое средство, более всего подобное по симптомам для начала лечения и т. д.

§ 210

Псорного происхождения являются почти все те болезни, которые я выше назвал односторонними, лечение которых представляется наиболее трудным вследствие этой односторонности: все их другие болезненные симптомы исчезают, так сказать, перед одним, наиболее заметным симптомом. К болезням такого характера относятся психические болезни. Они, однако, не составляют класс болезней, резко отделённый от всех других, так как при всех так называемых телесных болезнях состояние расположения духа и ума всегда изменяется (121); и во всех случаях болезни, по поводу лечения которой к нам обращаются, состояние духа пациента должно особенно учитываться наряду с совокупностью симптомов, если мы хотим представить точную картину болезни, чтобы быть в состоянии успешно лечить её гомеопатически.

§ 211

Это справедливо до такой степени, что часто в основном состояние духа пациента определяет выбор гомеопатического средства, являясь несомненно характерным симптомом, который может менее всех других остаться скрытым от внимательного наблюдающего врача.

§ 212

Создатель лекарственных веществ также особое внимание уделял этой основной характеристике всех болезней — изменившееся состояние духа и ума, так как в мире нет сильного лекарственного вещества, которое не меняет очень заметно состояние духа и ума здорового индивидуума, испытывающего это лекарство, и каждое лекарство делает это различным способом.

§ 213

Поэтому мы никогда не будем способны лечить в соответствии с природой, то есть, гомеопатически, если не будем в каждом случае болезни, даже при острых болезнях, наблюдать наряду с другими симптомами те симптомы, которые относятся к изменениям в состоянии духа и ума, и если не будем для облегчения положения пациента выбирать средства из тех лекарств, болезненная сила которых в дополнение к подобию его других симптомов симптомам болезни, способна также вызывать подобное состояние духа и ума (122).

§ 214

Рекомендации, которые я хотел бы дать по лечению психических болезней, могут быть ограничены очень немногими замечаниями, поскольку их следует лечить так же, как все другие болезни, а именно, с помощью средства, которое обнаруживает в симптомах, вызываемых им в теле и духе здорового индивидуума, силу, вызывающую болезненное состояние, подобное, насколько это возможно, данному случаю болезни, и никаким другим способом они не могут лечиться.

§ 215

Почти все так называемые умственные и душевные болезни суть ничто другое как телесные болезни, при которых симптом расстройства ума и духа, свойственный каждой из них, усиливается, в то время, как телесные симптомы ослабевают (более или менее быстро), пока, наконец, болезнь не достигнет наиболее заметной односторонности, почти такой же, как если бы это была местная болезнь в невидимом таинственном органе ума или духа.

§ 216

Нередки случаи, когда так называемая телесная болезнь, которая угрожает быть смертельной (нагноение легких или повреждение какого-либо другого важного органа) или какая-либо другая болезнь острого характера, например, в послеродовом периоде и т. д., переходит в психическую болезнь типа меланхолии или мании в результате быстрого усиления психических симптомов, которые имелись ранее, вследствие чего опасность телесных симптомов исчезает. Болезнь почти полностью проходит, или скорее, её телесные симптомы ослабевают до такой степени, что их затенённое присутствие может быть обнаружено только в результате наблюдения врачом, наделённым настойчивостью и проницательностью, Таким образом, они трансформируются в одностороннюю и, так сказать, местную болезнь, при которой симптом психического расстройства, который сначала был лишь слабым, усиливается так, что становится главным симптомом и в большой мере заменяет другие (телесные) симптомы, интенсивность которых он подавляет смягчающим образом, так что, короче говоря, поражения более грубых телесных органов, так сказать, передаются и проводятся почти духовным умственным и эмоциональным органам, которых анатом никогда ещё не достигал и никогда не достигнет своим скальпелем.

§ 217

При таких болезнях мы должны быть очень внимательны, знакомясь со всей совокупностью явлений, относящихся как к телесным симптомам, так и, особенно, к тем, которые относятся к чёткому пониманию истинного характера главного симптома специфического и всегда преобладающего состояния ума и духа. Это нужно для того, чтобы, с целью уничтожения болезни в целом, обнаружить среди средств, истинное действие которых известно, гомеопатическую лекарственную патогенетическую силу, то есть, средство, в перечне симптомов которого обнаруживаются, с наиболее возможным подобием, не только телесные болезненные симптомы, присутствующие в случае болезни, с которой мы имеем дело, но также особенно это умственное и эмоциональное состояние.

§ 218

К этой совокупности симптомов относится, прежде всего, точное описание всех явлений предыдущей так называемой телесной болезни, до того как она трансформировалась в одностороннее усиление психического симптома и стала болезнью ума и духа. Это можно узнать из рассказов друзей пациента.

§ 219

Сравнение прежних симптомов данной телесной болезни с их следами, которые ещё остаются, хотя и стали менее ощутимыми (но которые даже теперь становятся иногда заметными, если наступает период ясного сознания и кратковременное облегчение психической болезни), может служить доказательством того, что они ещё присутствуют, хотя затенены.

§ 220

Добавив к этому состояние ума и духа, точно отмеченное друзьями пациента и самим врачом, мы получили составленное таким образом полное представление о болезни, для гомеопатического лечения которой лекарство, способное вызвать поразительно подобные симптомы и особенно аналогичные расстройства ума, должно искать среди антипсорных средств, если данная психическая болезнь длится в течение некоторого времени.

§ 221

Если, однако, безумие или мания (вызванные испугом, раздражением, злоупотреблением спиртными напитками и т. д.) неожиданно прорываются в виде острой болезни при обычно спокойном состоянии пациента, хотя они почти всегда вызываются внутренней псорой, вырываясь подобно пламени, тем не менее, когда это происходит в такой острой форме, их не следует немедленно лечить антипсорными средствами, а прежде всего с помощью средств, показанных для них из другого класса испытанных средств (например, аконит, белладонна, страмониум, гиосциамус, ртуть и т. д.) в малых гомеопатических дозах высокой степени потенцирования, и подавить их настолько, чтобы псора на некоторое время вернулась в своё прежнее скрытое состояние, при котором пациент выглядит совершенно здоровым.

§ 222

Но пациент, который избавляется от острой умственной или душевной болезни в результате применения этих неантипсорных лекарств, никогда не должен рассматриваться как излечившийся; наоборот, не теряя времени, необходимо попытаться вылечить его полностью (123) путём продлённого антипсорного лечения от хронического миазма псоры, который действительно, теперь ещё раз становится скрытым, но совершенно готов прорваться вновь; если это будет сделано, больной при добросовестном соблюдении предписанных ему диеты и режима может не бояться другой подобной атаки.

§ 223

Но если антипсорное лечение не будет выполнено, то мы можем почти несомненно ожидать от гораздо более лёгкой причины, чем вызвавшая первый приступ безумия, быстрого появления нового более продолжительного и жестокого приступа, и течение которого псора обычно развивается полностью и переходит или в периодическое, или в продолжающееся психическое расстройство, которое будет труднее вылечить антипсорными средствами.

§ 224

Если умственная болезнь не полностью проявляется, и если всё ещё есть сомнения относительно того, действительно ли он вызвана телесным поражением или является результатом недостатка образования, плохих привычек, испорченных нравов, отсутствия ума, суеверия или невежества, то разрешение этих сомнений может заключаться в следующем. Если она вызвана той или другой из последних причин, она будет ослабевать и отступать в результате разумных дружеских увещеваний, утешительных аргументов, серьёзных утверждений и разумных советов: в то время как истинное нравственное или умственное заболевание, обусловленное физической болезнью быстро бы усиливалось при таком ходе событий; меланхолик становился бы ещё более подавленным, вечно жалующимся, безутешным и, наоборот, злобный маньяк становился бы вследствие этого ещё более раздражительным, а болтливый дурак — явно более глупым (124).

§ 225

Однако, как уже утверждалось, безусловно, существует несколько эмоциональных расстройств, которые не просто разлились в эту форму из телесных болезней, а которые, наоборот, лишь при легком недомогании тела вызываются и поддерживаются эмоциональными причинами: продолжающееся беспокойство, тревога, раздражение, несправедливость и частое появление сильного страха и испуга. Этот вид эмоциональных расстройств со временем разрушает телесное здоровье, часто в большой мере.

§ 226

Только такие эмоциональные расстройства, которые вызываются и поддерживаются самим разумом, пока они ещё недавнего происхождения и до того, как они серьёзно отразятся на телесном состоянии, могут с помощью психических средств, таких, как проявление доверия, дружеские увещевания, разумный совет и часто путём хорошо замаскированного обмана, быстро перейти в здоровое состояние ума (и, при соответствующей диете и режиме, также в здоровое на вид состояние тела).

§ 227

Но главная причина в этих случаях — также псорный миазм, только в стадии не совсем ещё полного развития, и ради безопасности кажущийся вылечившимся пациент должен быть подвергнут радикальному антипсорному лечению, чтобы он не смог снова, что может легко произойти, впасть в подобное состояние психической болезни.

§ 228

При умственных и эмоциональных расстройствах, возникших в результате телесных заболеваний, которые могут лечиться только гомеопатическими антипсорными средствами в сочетании с тщательно контролируемым образом жизни, необходимо ради дополнительного психического режима скрупулезно наблюдать за соответствующим отношением к пациенту со стороны тех, кто находится рядом с ним и со стороны врача. Неистовому маниакальному синдрому мы должны противопоставить спокойное бесстрашие и невозмутимость, твёрдую решимость; скорбным, жалобным сетованиям — молчаливое проявление сочувствия, выражаемое во взглядах и в жестах; бессмысленной болтовне — молчание, но не без полного невнимания; отвратительному и гадкому поведению и разговору подобного характера — полное невнимание. Мы должны просто стараться предотвратить разрушение и повреждение окружающих предметов, не упрекая пациента за его действия, и всё должно быть организовано таким образом, чтобы необходимости любых телесных наказании и мучений (125) вообще можно было избежать. Это тем более легко осуществимо потому, что при назначении лекарства (единственное обстоятельство, при котором принуждение могло бы быть оправдано) малые дозы соответствующего гомеопатического лекарства никогда не искажают вкус, и, следовательно, могут даваться пациенту так, чтобы он об этом не знал, в его питье, поэтому всякое принуждение не является необходимым.

§ 229

С другой стороны, возражение, напряженные объяснения, грубые поправки и выпады, как и слабая, робкая податливость совершенно неуместны с такими пациентами; это одинаково пагубные способы лечения умственных и эмоциональных расстройств. Но таких пациентов больше всего раздражает, и их болезнь усиливается в результате оскорбления, мошенничества и обмана, которые они могут обнаружить. Врач и санитар должны всегда делать вид, что они верят, будто пациенты не лишены рассудка.
Все виды внешних раздражающих воздействий на их чувства и настроение должны быть, если это возможно, устранены; не существует никаких развлечений для их омрачённого духа, никаких благотворных отвлечений, никаких средств обучения, ни успокаивающих эффектов от разговора, книг или других вещей для души, которая чахнет или раздражается в цепях больного тела; ничто не придаст ей силы, кроме лечения; только когда телесная болезнь изменится к лучшему, спокойствие и утешение вновь озарят их разум (126).

§ 230

Если антипсорные средства, выбранные для каждого отдельного случая умственного или эмоционального расстройства (существует невероятно многочисленное разнообразие их), полностью гомеопатически соответствуют добросовестно прослеженной картине болезненного состояния, которые, если есть достаточное количество такого рода лекарств, известных с точки зрения их истинного воздействия, устанавливаются в результате неустанного поиска наиболее подходящего гомеопатического средства тем более просто, что эмоциональное и умственное состояние, составляющее главный симптом такого пациента, так безошибочно ощущается, то спустя не очень длительное время наступает поразительное улучшение, которое не могло быть достигнуто путём назначения пациенту до самой смерти огромных, часто повторяющихся доз других неподходящих (аллопатических) лекарств. Действительно, я могу уверенно утверждать, на основе большого опыта, что огромное превосходство гомеопатического метода над всеми другими возможными методами лечения нигде не проявляется более ярко, чем при длительных умственных и эмоциональных расстройствах, первоначально возникших из-за телесных заболеваний или развившихся одновременно с ними.

§ 231

Перемежающиеся болезни заслуживают специального рассмотрения как те, которые повторяются в определённые периоды, — как большое число перемежающих лихорадок и нелихорадочных по виду заболеваний, которые, подобно перемежающимся лихорадкам, повторяются через определенные интервалы — так и те, при которых болезненные состояния чередуются через неопределенные интервалы с болезненными состояниями иного рода.

§ 232

Эти последние, чередующиеся болезни, также очень многочисленны (127), но все они относятся к классу хронических болезней. Они обычно являются проявлением развившейся псоры, только иногда, но редко, осложненной сифилитическим мназмом. и поэтому, в первом случае, их можно лечить антипсорными средствами; в последнем, однако, в чередовании с антисифилитическими средствами, как рекомендуется в моей работе «Хронические болезни».

§ 233

Типичными перемежающимися болезнями являются те, при которых болезненное состояние неизменного характера возвращается в довольно фиксированный период, в то время как пациент выглядит здоровым, и прекращается также в фиксированный период: это наблюдается в тех кажущихся нелихорадочными состояниях, которые наступают и длятся периодически (в определённое время), так же как при болезнях лихорадочного свойства, то есть, бесчисленное разнообразие перемежающихся лихорадок.

§ 234

Эти болезненные, кажущиеся нелнхорадочными. состояния, типичные, периодически возвращающиеся и наблюдаемые временами только у одного единственного пациента (они обычно не появляются спорадически или эпидемически) всегда относятся к хроническим болезням, в основном к тем, которые являются чисто псорными, только редко осложненными сифилисом, и успешно лечатся теми же самыми средствами; тем не менее, иногда необходимо применять в качестве промежуточного средства малую дозу потенциированиого раствора хинной корки, чтобы полностью устранить их перемежающийся характер.

§ 235

Что касается перемежающихся лихорадок (128), которые распространяются спорадически пли эпидемически (не те, которые эндемически распространены в болотистых местностях), мы часто обнаруживаем, что каждый приступ также состоит из двух противоположных перемежающихся состояний (озноб, жар — жар, озноб), более часто, однако, из трёх (озноб, жар, пот). Поэтому средство, выбранное для них из всего класса испытанных (обычных, не антипсорных) лекарств, должно или (и средства такого рода самые надёжные) обладать способностью таким же образом вызывать в здоровом теле два (или все три) подобные перемежающиеся состояния, или, кроме того, соответствовать по подобию симптомов, возможно более гомеопатически, самому сильному наиболее явному и наиболее заметному и особенному перемежающемуся состоянию (или стадии озноба, или стадии жара, или стадии пота, каждая с дополнительными симптомами, в зависимости от того, какое перемежающееся состояние является самым сильным и специфическим); но симптомы пациента во время интервалов, когда его не лихорадит, должны быть главным руководством для выбора самого подходящего средства. (129)

§ 236

Самое подходящее время для приема лекарств в таких случаях — немедленно или очень скоро после прекращения приступа, как только пациент в какой-то степени оправится от него; в этом случае есть время, достаточное для того, чтобы лекарство вызвало все изменения в организме, необходимые для восстановления здоровья, без каких-либо серьёзных нарушений или волнений; тогда как действие лекарства, если оно является особенно подходящим, принятого непосредственно перед приступом, совпадает с естественным повторением болезни и вызывает такую реакцию в организме, такие острые противоречия, что это вызывает, по меньшей мере, огромную потерю сил, если не угрожает жизни (130). Но если лекарство даётся сразу после прекращения приступа, то есть, в период, когда начался безлихорадочный интервал и есть продолжительное время до подготовки к следующему приступу, жизненная сила организма находится в самом лучшем состоянии, чтобы спокойно измениться под действием лекарства и восстановиться таким образом до здорового состояния.

§ 237

Но если безлихорадочная стадия очень коротка, как случается при некоторых очень тяжелых лихорадках, или она нарушена некоторыми из последствий предыдущего приступа, доза гомеопатического лекарства должна быть дана, когда начинают уменьшаться пот или исчезать другие, вызванные заканчивающимся приступом, явления.

§ 238

Нередко одна доза подходящего лекарства устраняет несколько приступов и приводит к выздоровлению, но в большинстве случаев после каждого приступа следует назначать ещё одну дозу. Однако лучше, если характер симптомов не изменился, дозы того же лекарства, даваемого в соответствии с недавним открытием повторения доз (смотри примечание к § 270), повторять после динамизации каждой последующей дозы посредством 10-12 встряхиваний пузырька, содержащего лекарственное вещество. Однако, иногда, хотя и редко, бывают случаи, когда перемежающаяся лихорадка возвращается через несколько дней хорошего самочувствия. Это возвращение той же самой лихорадки после периода здоровья возможно только тогда, когда вредный источник, вызвавший лихорадку вначале, всё ещё действует на выздоравливающего, как бывает в случае болотистых местностей. Тогда полное восстановление возможно только при устранении этого вызывающего болезнь фактора, например, при переезде в горную местность, если причиной была болотная лихорадка.

§ 239

Так как почти каждое лекарство в своём чистом действии вызывает специфический, особый вид лихорадки, и даже тип перемежающейся лихорадки с её чередующимися состояниями, отличающийся от всех других лихорадок, вызываемых другими лекарствами, то в обширном круге лекарств для всех многочисленных вариантов естественных перемежающихся лихорадок могут быть обнаружены гомеопатические средства, а для очень многих таких лихорадок — даже в скромном наборе лекарств, уже испытанных на здоровых индивидуумах.

§ 240

Но если найденное лекарство, гомеопатически специфическое для доминирующей эпидемии перемежающейся лихорадки, не способствует полному излечению того или другого пациента, и если это не влияние болотистой местности, которое препятствует лечению, то, следовательно, всегда в таком случае должен быть новый псорный миазм. В этом случае необходимо применять антипсорные средства до полного выздоровления.

§ 241

Эпидемические перемежающиеся лихорадки неэндемического характера являются по своей природе хроническими болезнями, состоящими из отдельных острых приступов; каждая отдельная эпидемия имеет особый, стандартный характер, общий для всех поражённых индивидуумов, и когда характер выявлен в совокупности симптомов, общих для всех, это может служить для нас руководством для обнаружения гомеопатического (специфического) средства, подходящего для всех этих случаев, которое, почти без исключения, полезно для всех тех пациентов, которые обладали хорошим здоровьем до возникновения эпидемии, то есть, которые не страдали хронически от развившейся псоры.

§ 242

Если, однако, при такой эпидемической перемежающейся лихорадке первые приступы остались неизлеченными, или если пациенты были ослаблены неправильным аллопатическим лечением, то тогда внутренняя псора, которая есть, увы! у столь многих людей, хотя и в скрытом состоянии, развивается, принимает форму перемежающейся лихорадки и, по всей видимости, продолжает играть роль эпидемической перемежающейся лихорадки, так что лекарство (редко антипсорное), которое было бы полезно при первых приступах, теперь больше не подходит и не может принести никакой пользы. Мы теперь должны иметь дело только с псорной перемежающейся лихорадкой, и она будет, как правило, подавлена малыми и редко повторяемыми дозами серы или серной печени высокой степени потенцирования.

§ 243

При тех, часто очень пагубных, перемежающихся лихорадках, которые поражают отдельного человека, не проживающего в болотистой местности, мы также сначала должны, как в случае острых болезней вообще, на которые они похожи с точки зрения их псорного происхождения, применять в течение нескольких дней, чтобы решить, насколько оно может быть полезно, гомеопатическое средство, выбранное для этого специального случая из другого класса испытанных (неантипсорных) лекарств; но если, несмотря на эту процедуру, выздоровление замедляется, мы понимаем, что должны иметь дело с псорой в момент её развития, и что в этом случае только антипсорные лекарства могут способствовать радикальному лечению.

§ 244

Перемежающиеся лихорадки эндемического характера в болотистых местностях и на территориях, часто подвергающихся наводнениям, доставляют много хлопот врачам старой школы. Тем не менее, здоровый человек может в юности привыкнуть даже к болотистым местам и оставаться здоровым при условии, что он придерживается правильного режима и не ослабляется лишениями, утомительной работой и страстями. Перемежающиеся лихорадки, эндемические в таких местах, могли бы поразить его разве только при его первом приезде; но одна или две очень малые дозы высокой степени потенцирования раствора хинной коры в сочетании с правильным образом жизни могли бы быстро избавить его от болезни. Но если лица, которые, несмотря на то, что ведут правильный образ жизни в плане физических и интеллектуальных занятий, не могут быть вылечены от болотной перемежающейся лихорадки одной или несколькими такими малыми дозами хины, то в основе их заболевания лежит стремящаяся развиться псора, и их перемежающаяся лихорадка не может быть вылечена в болотистой местности без антипсорного лечения (131). Иногда случается, что когда эти пациенты без промедления меняют данную болотистую местность на сухую и горную, выздоровление, по видимости, наступает (лихорадка оставляет их), если они ещё не очень больны, то есть, если псора не была полностью развившейся и могла, следовательно, вернуться в своё скрытое состояние; но они никогда не смогут восстановить здоровье полностью без антипсорного лечения.

§ 245

Таким образом, понимая, какое внимание при гомеопатическом лечении следует уделять основным разновидностям болезней и специфическим обстоятельствам, связанным с ними, мы теперь переходим к тому, что мы должны сказать относительно лекарств и способов их употребления, а также о режиме, который следует соблюдать во время их использования.

§ 246

Каждое заметно прогрессирующее и резко усиливающееся коренное улучшение во время лечения есть условие, в течение которого устраняется необходимость повторного назначения какого бы то ни было лекарства, потому что все принятые полезные лекарства продолжают действовать, ускоряя завершение лечения. Нередко при острых, но чаще при хронических болезнях, приём единственной дозы правильно выбранного гомеопатического средства может привести к завершению лечения, хотя и с медленно прогрессирующим улучшением, и оказать помощь, которую такое лекарство обычно может оказать в таком случае, в течение 40, 50, 60, 100 дней. Это, однако, довольно редкий случай, и, кроме того, для врача так же, как и для пациента, чрезвычайно важно сократить этот период, если возможно, до половины, одной четверти или даже ещё меньшего периода, чтобы гораздо быстрее достичь выздоровления. И это может быть очень успешно осуществлено, как следует из последних и часто повторяющихся наблюдений, при следующих условиях: во-первых, если лекарство, выбранное с предельным вниманием, полностью гомеопатическое; во-вторых, если оно высокой степени потенцирования, растворяется в воде и даётся в надлежащих малых дозах, как учит опыт, как наиболее подходящих, в определённые интервалы времени для скорейшего завершения лечения, но с непременным условием, что степень потенцирования каждой дозы несколько отклоняется от предыдущей и последующей, чтобы жизненный принцип, который должен быть превращён в подобную лекарственную болезнь, не был возбужден до неблагоприятных реакций и противостояния, как всегда бывает в таком случае (132), неизменяемыми и особенно быстро повторяемыми дозами.

§ 247

Нецелесообразно сразу же повторять ту же самую неизменённую дозу какого-либо средства, не говоря уже о его частом повторении (и в короткие интервалы, чтобы не замедлить лечение). Жизненный принцип не принимает таких неизменяемых доз без сопротивления, то есть без обнаруживающихся других симптомов лекарства, кроме подобных болезни, подлежащей лечению, потому что первая доза уже привела к ожидаемому изменению вжизненном принципе и вторая, динамически полностью подобная, неизмененная доза того же самого лекарства поэтому уже не найдет те же самые состояния жизненной силы. Пациент в результате получения другой такой неизмененной дозы может, в самом деле, заболеть другой болезнью, даже более сильной, поскольку теперь остаются активными только те симптомы данного средства, которые были не гомеопатическими для исходной болезни, следовательно, ни одного шага к излечению не может последовать — только реальное ухудшение состояния пациента. Но если последующие дозы каждый раз слегка изменяются, а именно, потенцнируются в несколько большей степени (с. 269-270), то жизненный принцип может быть без труда изменен тем же самым лекарством (ощущение естественной болезни уменьшается) и, таким образом, излечение приблизится.

§ 248

С этой целью мы вновь потенциируем лекарственный раствор (134) (посредством 8, 10, 12 встряхиваний), из которого даем пациенту одну или (увеличивая) несколько чайных ложек, при длительных болезнях ежедневно или каждый второй день, при острых болезнях каждые от двух до шести часов и в очень острых случаях каждый час или чаще. Таким образом, при хронических болезнях каждое правильное выбранное гомеопатическое лекарство, даже длительного действия, может назначаться ежедневно в течение месяцев с возрастающим успехом. Если раствор использован (в течение семи-пятнадцати дней), необходимо в следующий раствор, если это лекарство всё ещё показано, добавить один или (хотя редко) несколько шариков того же самого лекарства более высокой степени потенциирования к продолжать назначать его до тех пор, пока пациент испытывает продолжающееся улучшение без каких-либо жалоб, которых у него никогда не было раньше. Если остаток болезни проявляется в группе изменившихся симптомов, вместо этого лекарства должно быть выбрано другое, более гомеопатически соответствующее лекарство, и назначаться в тех же самых повторяющихся дозах; при этом, однако, необходимо помнить об изменении раствора каждой дозы посредством сильных встряхиваний с целью изменения таким образом степени её потенциирования. С другой стороны, во время почти ежедневного повторения хорошо соответствующего гомеопатического средства к концу лечения хроннческой болезни могут возникнуть так называемые (§ 161) гомеопатические обострения, в результате чего остаток болезненных симптомов, как кажется, опять немного усиливается (теперь проявляется только лекарственная болезнь, подобная исходной). В таком случае дозы должны быть уменьшены и повторяться через более продолжительные интервалы, даже возможно прекращены на несколько дней, чтобы посмотреть, нужна ли для выздоровления дальнейшая медицинская помощь. Явные симптомы (Schein-Symptome), вызванные избытком гомеопатического лекарства, скоро исчезнут, и здоровье останется ненарушенным. Если при лечении используется только маленький пузырек, скажем, драхма разведённого спирта, в котором содержится и растворена посредством встряхивания одна крупинка лекарства, которое должно вдыхаться каждые два, три или четыре дня, то оно также должно тщательно встряхиваться от восьми до десяти раз перед каждым вдыханием.

§ 249

Каждое лекарство, предписанное для какого-либо случая болезни, которое в течение своего действия вызывает новые и причиняющие бсспокойство симптомы, не относящиеся к подлежащей лечению болезни, не может способствовать реальному улучшению 135 и не может считаться гомеопатически выбранным; оно, поэтому, может быть или, если ухудшение значительно, сначала частично нейтрализовано так быстро, как это возможно, с помощью антидота перед приёмом следующего средства; более тщательно выбранного в соответствии с подобием действия, или, если вызывающие беспокойство симптомы не очень сильны, следующее лекарство должно быть дано немедленно, чтобы заменить не надлежащим образом выбранное (136).

§ 250

Если наблюдательному практикующему врачу, который тщательно исследует состояние болезни, в острых случаях очевидно спустя только шесть, восемь или двенадцать часов, что он плохо выбрал лекарство, которое он дал последним, в результате чего состояние пациента становится заметно, хотя слегка, хуже час от часу, из-за появления новых симптомов и страданий, то ему не только позволительно, но совершенно необходимо исправить свою ошибку, путем выбора и назначения гомеопатического лекарства, не просто более или менее подходящего, но, насколько это возможно, самого подходящего для существующего состояния болезни (§ 167).

§ 251

Существует несколько средств (например, игнация, а также бриония и рус, и иногда белладонна), способность которых изменять здоровье человека заключается, главным образом, в чередующихся действиях — определённый тип симптомов первичного действия, которые частично противоположны друг другу. Если практикующий врач обнаружит, прописав одно из этих средств, отобранных в строгом соответствии гомеопатическим принципом, что никакого улучшения не наступает, он в большинстве случаев достигнет цели, назначив (при острых болезнях, даже в течение нескольких часов) новую и одинаково малую дозу того же самого лекарства (137).

§ 252

Но если бы мы обнаружили при применении других средин при хронических (псорных) болезнях, что наилучшим образом подобранное гомеопатическое (антипсорное) лекарство при соответствующих (мельчайших) дозах не способствует улучшению, это было бы верным признаком того, что причина, из-за которой болезнь не прекращается, всё ещё существует, и что есть какое-то обстоятельство в образе жизни пациента или в ситуации, в которой он оказался, которое для полного излечения должно быть устранено.

§ 253

Среди признаков, которые при всех болезнях, особенно при острых болезнях, дают нам знать о малозаметном начале улучшения или ухудшения, которые заметны не каждому, состояние ума и поведение пациента являются самыми определенными и поучительными. В случае хотя бы лёгкого улучшения мы наблюдаем большую степень покоя, увеличивающегося спокойствия и свободы ума, более приподнятое настроение — что-то похожее на возврат естественного состояния. В случае хотя бы незаметного начала ухудшения мы, наоборот, имеем точную противоположность этому: подавленное, беспомощное, жалкое состояние духа, ума, поведения и всех жестов, позы и действий, которые легко можно заметить при пристальном наблюдении, но нельзя описать словами (138).

§ 254

Другие новые или усиливающиеся симптомы или, наоборот, ослабление исходных симптомов без какого-либо добавления новых, скоро развеет все сомнения у внимательно наблюдающего и изучающего практикующего врача относительно этих ухудшения или улучшения; хотя среди пациентов есть лица, которые или неспособны объяснить причину этого улучшения или ухудшения, или не хотят признать этого.

§ 255

Но даже с такими индивидуумами мы можем убедиться в этом, пройдя с ними один за другим все симптомы, перечисленные в наших заметках по этой болезни, и обнаружив, что они не жалуются на какие-либо новые необычные дополнительные симптомы и что ни один из старые симптомов не усилился. Если бы это был такой случай, и если бы улучшение в состоянии духа и ума уже наблюдалось, это значило бы, что лекарство способствовало позитивному ослаблению болезни или, если для этого ещё не прошло достаточно времени, что оно скоро подействует. Если, однако, улучшение слишком задерживается, то это обусловлено или какими-либо ошибками в поведении со стороны пациента, или другими мешающими обстоятельствами.

§ 256

С другой стороны, если пациент упоминает о появлении некоторых новых значительных неприятностей или симптомов — это признаки того, что выбранное лекарство не является строго гомеопатическим — даже если пациент доброжелательно уверяет нас, что он чувствует себя лучше, что является нередким случаем с туберкулёзными пациентами с абсцессом легких, мы не должны верить этим заверениям и должны рассматривать его состояние как ухудшившееся, что скоро станет совершенно очевидно.

§ 257

Настоящий врач будет заботиться о том, чтобы не делать предпочтительными лекарственные средства, применение которых он, возможно, случайно, находит часто полезным и которые он имел случаи применять с хорошими результатами. Если бы он делал так, то некоторые средства, редко используемые, которые были бы гомеопатически более подходящими, следовательно, более полезными, часто не применялись бы.

§ 258

Настоящий практикующий врач, более того, не будет в своей практике с подозрительной нерешительностью пренебрегать применением тех средств, которые он мог время от времени использовать с плохими результатами из-за ошибочного выбора (т. е. по своей собственной вине) или избегать их по другим (ложным) причинам, как будто они были не гомеопатическими для данного случая болезни; он должен помнить истину, что из лекарственных веществ только одно то неизменно заслуживает предпочтения в каждом случае болезни, которое соответствует наиболее точно по подобию совокупности характерных симптомов и что никакие мелкие предрассудки не должны мешать этому серьезному выбору.

§ 259

Рассматривая незначительность доз, необходимых и достаточных при гомеопатическом лечении, мы легко можем понять, что в течение лечения из диеты и режима должно быть исключено всё, что может оказывать какое-либо лекарственное воздействие, чтобы эта малая доза не могла быть подавлена и уничтожена или нарушена любым чуждым лекарственным раздражителем (139).

§ 260

Следовательно, тщательное исследование таких помех к лечению гораздо более необходимо в случае, когда пациенты поражены хроническими болезнями, поскольку их болезни обычно обостряются из-за таких пагубных воздействий и других вызывающих болезни ошибок в днете и режиме и остающихся часто незамеченными (140).

§ 261

Самый подходящий режим во время употребления лекарств при хронических болезнях заключается в устранении таких помех к выздоровлению и в обеспечении, когда это необходимо, противоположного: невинные духовные и интеллектуальные развлечения, активные упражнения на свежем воздухе почти в любую погоду (ежедневные прогулки, легкий ручной труд), соответствующая питательная нелекарственная пища и напитки и т. д.

§ 262

При острых болезнях, с другой стороны, — за исключением случаев психического расстройства, — острое, безошибочное внутреннее чувство пробуждённой способности сохранения жизни определяет ясно и точно, что врачу только нужно посоветовать друзьям и обслуживающим лицам не ставить препятствий на пути этого гласа природы, отказывая в чём-либо, чего пациент очень хочет из еды, или стараясь уговорить его отведать чего-нибудь вредного.

§ 263

Желание пациента, поражённого острой болезнью, в отношении еды и питья направлено, несомненно, главным образом на то, что приносит облегчение; пищевые продукты, однако, строго говоря, не обладают лекарственными свойствами и просто восполняют что-то, чего недостает пациенту. Лёгкие помехи, которые могли бы при удовлетворении в разумных пределах этого желания, противодействовать радикальному уничтожению болезни (141), будут вполне нейтрализованы и подавлены силой гомеопатически подходящего лекарства и жизненной силой, освобождённой им, а также в результате восстановления сил, которое последует после получения того, к чему так страстно стремился пациент. Подобным образом, при острых болезнях, температура в комнате и степень укутывання также должны полностью соответствовать желанию пациента. Он должен быть свободен от всякого перенапряжения ума и возбуждающих эмоций.

§ 264

Настоящий врач должен быть обеспечен подлинными лекарствами неослабленной силы, чтобы он мог положиться на их терапевтическую силу; он должен быть в состоянии сам судить об их подлинности.

§ 265

Для него должно быть делом совести — в каждом случае быть совершенно уверенным, что пациент всегда принимает правильное лекарство, и поэтому он должен давать пациенту правильно выбранное приготовленное лекарство, более того, приготовленное им самим.

§ 266

Вещества, относящиеся к животному и растительному миру, свойствами обладают лекарственными свойствами наиболее полно в сыром виде (142).

§ 267

Мы овладеваем лекарственной силой местных растений и таких, которые могут быть получены в свежем виде, самым совершенным и надёжным способом: только что выжатый сок немедленно смешивается с равными частями винного спирта такой крепости, чтобы он горел в лампе. После того, как смесь настоится в течение одного дня и одной ночи в хорошо закупоренной бутылке и образуется осадок из клейковинных и белковых веществ, прозрачную жидкость с осадка следует слить для лекарственного использования (143). Всякое брожение растительного сока предотвращается винным спиртом, и вся лекарственная сила растительного сока таким образом сохранится (хорошо приготовленная и неиспорченная) навсегда, если хранить препарат в хорошо заткнутых пробками и залитых сургучом бутылках, чтобы предотвратить испарение, и убрать их с солнечною света (144).

§ 268

Другие, чужеземные растения, кору, семена и корни, которые не могут быть получены в свежем виде, здравомыслящий врач никогда не возьмёт на веру в виде порошка, а сначала убедится в их истинности в их необработанном, цельном состоянии, прежде чем использовать их как лекарственное средство (145).

§ 269

Гомеопатия развила для своего специального использования до неслыханной до сих пор степени внутреннюю лекарственную силу необработанных веществ с помощью способа, принадлежащего ей, и который до сих пор никогда не использовался, в результате чего все они становятся сильно и глубоко действующими (146) и лечебными, даже те, которые в необработанном виде не проявляют никаких признаков самого легкого лекарственного воздействия на тело человека.
Это замечательное изменение свойств естественных тел развило скрытую, до сих пор не ощущаемую, как будто дремлющую (147), спрятанную динамическую (§11) силу, которая воздействует на жизненный принцип, изменяет существование живых существ (148). Это достигается механическим воздействием на их мельчайшие частицы посредством трения, встряхивания, которые затем путем добавления какого-либо нейтрального вещества, в сухом или жидком виде, отделяются друг от друга. Этот процесс называется динамизацией, потенциированием (развитием лекарственной силы), а продукты — дннамнзациями или потенциями разных степеней.

§ 270

Для того, чтобы наилучшим образом добиться этого развития силы, небольшая часть вещества должна быть динамизирована, скажем, один гран вещества трижды растирается в течение трёх часов со ста гранами молочного сахара в соответствии с описанным ниже методом 150 до тех пор, пока не составит одной миллионной части получаемого порошка. По причинам, приведённым ниже (b), один гран этого порошка растворяется в 500 каплях смеси из одной части спирта и четырёх частей дистиллированной воды, из неё одна капля помещается в пузырёк. К ней добавляется 100 капель чистого спирта (151) и пузырек сто раз сильно встряхивается рукой, лежащей на твердом, но эластичном предмете. (152) Это лекарство первой степени динамизации. Затем маленькие крупинки сахара (153) следует смочить (154) этим раствором и быстро распределить на промокательной бумаге, чтобы высушить, держать в хорошо заткнутом пузырьке с обозначением (I) степени потенцирования. Только одна (155) крупинка из этого берётся для дальнейшей динамизации, помещается во второй новый пузырек (с одной каплей воды, чтобы растворить её) и затем динамизируется таким же образом со 100 каплями крепкого спирта посредством 100 сильных встряхиваний.
Этой спиртовой лекарственной жидкостью крупинки снова смачиваются, распределяются на промокательной бумаге и быстро высушиваются, помещаются в хорошо закупоренный и защищённый от тепла и солнечного света пузырек со знаком (II) второй степени потенцирования. И таким образом процесс продолжается до тех пор, пока не будет достигнута двадцать девятая степень потенцирования. Затем со 100 каплями спирта посредством 100 встряхиваний приготавливается спиртовая лекарственная жидкость, с использованием которой тридцатая степень динамизации придаётся соответствующим образом смоченным и высушенным крупинкам сахара.
Посредством таких процедур с необработанными лекарствами создаются препараты, которые только таким путем достигают полной способности сильно воздействовать на поражённые части больного организма. Таким образом, посредством подобного искусственного болезненного поражения, воздействие естественной болезни на жизненный принцип нейтрализуется. Посредством этой механической процедуры, при условии, что она регулярно выполняется в соответствии с вышеизложенными рекомендациями, в назначаемом лекарстве вызывается изменение, которое в необработанном виде проявляется только как материал, временами как нелекарственное вещество, но посредством такой всё более и более высокой степени динамизации оно изменяется и очищается, наконец, до духовной (156) лекарственной силы, которая, правда, сама по себе не воспринимается нашими чувствами, но для которой лекарственно приготовленная крупинка, сухая, и тем более растворённая в воде, становится носителем и в этом состоянии проявляет целебное свойство этой невидимой силы в больном теле.

§ 271

Если врач сам готовит свои гомеопатические лекарства, что разумно было бы делать, чтобы избавить людей от болезней (157), он может использовать непосредственно растение в свежем виде, поскольку требуется только малое количество необработанного вещества, и если ему для лечебных целей не нужен выжатый сок. Он кладёт несколько гранов в ступку и со 100 гранами молочного сахара за три раза доводит его до одномиллионного растирания (§ 270) перед дальнейшим потенцированием малой порции его посредством встряхивания; процедура может быть выполнена также с остатками необработанных лекарств как сухой, так и маслянистой природы.

§ 272

Такая крупинка (158), положенная в сухом виде на язык, является одной из самых маленьких доз при умеренном недавнего происхождения случае болезни. В этом случае лекарством затрагивается только небольшая часть нервной системы. Такая же крупинка, измельчённая с некоторым количеством молочного сахара, растворённая в достаточном количестве воды (§ 247) и хорошо размешанная перед приёмом, окажется гораздо более сильным лекарством для применения в течение нескольких дней. Каждая доза, как бы мала она ни была, действует, наоборот, на большую часть нервной системы.

§ 273

Ни в каком случае при лечении нет необходимости и поэтому недопустимо за один раз назначать пациенту более одного единственного простого лекарственного вещества. Непостижимо, как могло возникать даже малейшее сомнение относительно того, что гораздо сообразнее с природой и более разумно предписывать при болезни единственное простое (159) лекарство за один раз, а не смесь нескольких различно действующих лекарств. В гомеопатии, единственно истинном, простом и естественном искусстве лечения, абсолютно недопустимо давать пациенту за один раз два различных лекарственных вещества.

§ 274

Поскольку истинный врач находит в простых, назначаемых по отдельности лекарствах всё, чего он может желать (искусственную болезненную силу, которая способна гомеопатической силой преодолеть, уничтожить и полностью вылечить естественные болезни), он, помня мудрый афоризм «неправильно пытаться применять сложные средства, когда достаточны простые», никогда не подумает дать в качестве лекарственного средства что-либо иное, кроме одного простого лекарственного вещества. Это определяется также следующими, причинами. Даже если простые лекарства были тщательно испытаны с точки зрения их чистого специфического действия на неослабленного здорового человека, всё-таки невозможно предвидеть, как два и более лекарственных вещества, если их объединить, могут подавлять и изменять воздействие друг друга на тело человека. С другой стороны, простое лекарственное вещество, совокупность симптомов которого точно известна, при использовании во время болезни оказывает эффективную помощь и при назначении только его одного, если оно правильно гомеопатически выбрано; и. что хуже всего, лекарство может быть выбрано не в строгом соответствии с подобием симптомов и поэтому оказаться неподходящим; это, тем не менее, полезно, поскольку расширяет наши знания о терапевтических веществах, потому что новыми симптомами, вызываемыми им в этом случае, подтверждаются те симптомы, которые уже проявлялись при испытании этого лекарства на здоровом теле человека, — преимущество, которое теряется в результате применения комбинированных средств (160).

§ 275

Пригодность лекарства для любого данного случая болезни зависит не только от точного гомеопатического выбора этого лекарства, но также и от размера, или даже малости дозы. Если мы дадим слишком сильную дозу даже полностью гомеопатически соответствующего данному болезненному состоянию лекарства, оно, несмотря на присущие ему полезные свойства, может оказаться вредным просто из-за его величины и из-за излишнего слишком сильного действия, которое, благодаря его гомеопатическому подобию действия, оно оказывает на атакуемую им жизненную силу, и через неё на те части организма, которые наиболее чувствительны и уже сильно поражены естественной болезнью.

§ 276

Поэтому каждая доза лекарства, даже если оно гомеопатически подходит в данном случае болезни, вредна, если она слишком велика, и при сильных дозах оно наносит тем больший вред, чем выше степень его гомеопатичности и потенцирования (161). В этом случае оно наносит гораздо больший вред, чем любая столь же большая доза лекарства, не являющегося гомеопатическим и не имеющего никакого отношения к болезненному состоянию (аллопатического).
Слишком большие дозы точно выбранного гомеопатического лекарства и особенно часто повторяемые, как правило, приносят много беспокойства. Они нередко ставят пациента в опасное для жизни положение и делают его болезнь почти неизлечимой. Они действительно уничтожают естественную болезнь настолько, что затрагивается ощущение жизненного принципа, и пациент больше не страдает исходной болезнью с момента действия на него слишком сильной дозы гомеопатического лекарства, но он в результате такого лечения оказывается более больным подобной, но более сильной лекарственной болезнью, которую гораздо труднее вылечить (162).

§ 277

По этой же причине и потому, что лекарство при условии, что его доза была достаточно мала, тем более полезно и почти удивительно действенно, чем более точно гомеопатическим был его выбор, лекарство, выбор которого был точно гомеопатическим, должно быть тем полезнее, чем больше его доза уменьшена до степени, достаточной для мягкого лекарственного воздействия.

§ 278

В связи с этим возникает вопрос, насколько малое количество лекарства достаточно для надежного и мягкого лекарственного воздействия; как мала, другими словами, должна быть доза каждого гомеопатически подобранного лекарства для данного случая болезни, чтобы способствовать наилучшему лечению? Решение этой проблемы и определение для каждого лекарства, какая его доза будет достаточна для гомеопатических терапевтических целей и в то же время такой малой, чтобы провести лечение самым мягким и быстрым образом, — дело не теоретических размышлений, как легко можно убедиться; ни хитроумными доводами, ни обманчивой софистикой не может быть решена эта проблема. Это почти также невозможно, как заранее свести в таблицу все мыслимые случаи. Только чистый эксперимент, внимательное наблюдение чувствительности каждого пациента и правильный опыт могут определить это в каждом отдельном случае, и было бы абсурдом приводить в качестве доказательства большие дозы неподходящих (аллопатических) лекарств старой школы, которые не затрагивают больную сторону организма гомеопатически, а только атакуют части, не поражённые болезнью, в противоположность тому, что чистый опыт провозглашает относительно незначительности доз, требуемых для гомеопатического лечения.

§ 279

Чистый эксперимент показывает ВСЕГДА, что если болезнь явно не обусловлена значительным повреждением важного внутреннего органа (даже если это относится к хроническим и осложнённым болезням) и если в течение болезни все другие чуждые лекарственные воздействия устранены, доза гомеопатически подобранного и высоко потенцированного средства для начала лечения какой-либо серьёзной, особенно хронической болезни, никогда не может быть приготовлена такой малой, чтобы она не была сильнее, чем естественная болезнь, и не могла преодолеть её, по крайней мере, частично и устранить её из ощущений жизненного принципа и, таким образом, начать лечение.

§ 280

Если данная доза лекарства продолжает оказывать полезное действие, не вызывая новых беспокоящих симптомов, то это лекарство следует продолжать назначать, постепенно повышая дозы, до тех пор пока пациент, на фоне общего улучшения, не начнет чувствовать в мягкой форме возвращение одного или нескольких старых исходных недомоганий. Это указывает на приближающееся излечение посредством повышения умеренных доз, изменяемых каждый раз посредством встряхиваний (§ 247). Это означает, что жизненный принцип больше не нужно поражать подобной лекарственной болезнью для того, чтобы он утратил ощущение естественной болезни (§ 148). Это означает, что жизненный принцип, освобождённый от естественной болезни, начинает страдать только чем-то наподобие лекарственной болезни, известной до сих пор как гомеопатическое обострение.

§ 281

Для того, чтобы убедиться в этом, пациент оставляется без всяких лекарств на восемь, десять или пятнадцать дней, в течение которых ему даётся только несколько порошков молочного сахара. Если немногие последние недомогания, вызванные лекарством, похожи на прежние симптомы исходной болезни, то эти недомогания исчезнут через несколько дней или часов. Если в течение этих дней без лекарства при соблюдении необходимых гигиенических правил больше ничего от исходной болезни не наблюдается, пациент, вероятно вылечился. Но если в последующие дни проявятся следы прежних болезненных симптомов, они, следовательно, являются следами исходной болезни, не полностью уничтоженной, которую следует лечить посредством новых более высоких степеней потенцирования этого лекарства, как делалось ранее. Для завершения лечения первые небольшие дозы следует так же постепенно поднимать, но меньше и более медленно для раздражительных пациентов, чем для менее чувствительных, где продвижение к более высокой дозировке может быть более быстрым. Есть пациенты, восприимчивость которых соотносится с восприимчивостью менее чувствительных пациентов, как 1000 с 1.

§ 282

Определённым признаком того, что дозы были, тем не менее, в целом слишком большими, является так называемое гомеопатическое обострение, которое в процессе лечения, особенно при хронических болезнях, может вызвать первая доза, то есть заметное усиление исходных болезненных симптомов, обнаруженных вначале, как и каждая повторяющаяся доза (§ 247), некоторым образом. однако, изменённая посредством встряхивания перед приемом (т.е. более высокой степени динамизации) (163).

§ 283

Для того, чтобы полностью работать в согласии с природой, истинный мастер врачевания будет прописывать точно выбранное гомеопатическое лекартво, наиболее подходящее во всех отношениях в таких малых дозах только из-за того, что, если бы в силу человеческой слабости он ошибся и применил бы подходящее лекарство, вред из-за его неправильного соотношения с болезнью был бы так невелик, что пациент смог бы благодаря своей собственной жизненной силе и в результате своевременного противопоставления (§ 249) правильно выбранного средства, соответствующего по подобию симптомов (и также в самой малой дозе), быстро подавить и устранить его.

§ 284

Кроме языка, рта и желудка, через которые особенно часто воздействует лекарство, нос и органы дыхания также восприимчивы к действию лекарств в жидком виде при вдыхании и ингаляции через рот. Все остальные покровы тела, обладающие эпидермисом, приспособлены к воздействию растворов, особенно если втирание сочетается с одновременным назначением внутрь (164).

§ 285

Таким образом, лечение любой старой болезни может быть ускорено путём наружного прикладывания, втирания в спину, руки, конечности того же самого лекарства, которое назначается врачом для приёма внутрь и которое оказалось действенным в данном случае. При этом врач не должен воздействовать на части тела, подверженные боли, спазмам или кожной сыпи (165).

§ 286

Не менее сильно на наш жизненный принцип действует динамическая сила минеральных магнитов, электричества и гальванизма, которые являются не менее гомеопатическими, чем, строго говоря, так называемые лекарства, нейтрализующие болезнь в результате приёма их через рот, путем втирания их в кожу или вдыхания. Могут быть болезни, особенно болезни, воздействующие на функции чувствительности и раздражимости, вызывающие аномальные ощущения и непроизвольные мышечные движения, которые можно лечить указанными средствами. Но более верный способ применения двух последних так же, как и так называемой электромагнитной машины, пока ещё очень неясен, чтобы использовать его в гомеопатии. До сих пор как электричество, так и гальванизм использовались только для облегчения при тяжёлых поражениях. Позитивное, чистое действие обоих этих средств на здоровое тело, до настоящего времени испытано недостаточно.

§ 287

Сила магнита для лечебных целей может применяться с большей уверенностью согласно определенному действию северного и южного полюсов мощного магнитного бруска, подробно описанному в «Materia Medica Purа». Хотя сила обоих полюсов одинакова, они, тем не менее, противоположны друг другу по своему действию. Дозы могут изменяться по продолжительности времени контакта с одним или другим полюсом, в соответствии с тем симптомы северного или южного полюса показаны. В качестве нейтрализующего средства при слишком сильном действии прикладывания пластинки полированного цинка будет достаточно.

§ 288

Я считаю необходимым ещё коснуться здесь животного магнетизма, как он называется, или, скорее, Месмеризма (как его следовало бы, назвать из уважения к Месмеру, первым обнаружившим его), который по своей природе очень сильно отличается от всех других терапевтических веществ. Эта лечебная сила, часто так глупо отрицаемая и пренебрегаемая в течение века, действует разными способами. Это чудесный, бесценный дар Бога человечеству, с помощью которого сильная воля человека, действующего из самых лучших побуждений на больного посредством контакта и даже без него, и даже на некотором расстоянии, может динамически передать жизненную энергию здорового магнетизёра, наделенного такой силой, другому человеку (точно так же, как один из полюсов мощного магнита действует на брусок стали).
Сила магнетизёра воздействует частично путем восполнения недостаточно мощной жизненной силы больного в той или другой части организма, а частично — воздействуя на те части, где жизненной силы концентрируется слишком много, благодаря чему поддерживаются раздражающие нервные расстройства, она отклоняет жизненную силу, ослабляет и распределяет её равномерно и вообще устраняет болезненное состояние жизненного принципа пациента и заменяет её нормальной силой магнетизёра, сильно действующей на него, например, при старых язвах, слепоте, параличе отдельных органов и так далее. Многие быстрые явные излечения, осуществляемые во все века магнетизёрами, наделёнными большой природной силой, относятся к этому классу. Влияние переданной человеческой силы на организм человека в целом самым блестящим образом было продемонстрировано в случаях оживления людей, которые в течение некоторого времени по внешнему виду казались мертвыми, наиболее сильной, вызываемой состраданием волей человека, полного сил или жизненной энергии (166). История зафиксировала много неопровержимых примеров такого рода оживлений.
Если магнетизирующий человек любого пола, охваченный, кроме того, благожелательным энтузиазмом (даже при его перерождении в слепую приверженность, фанатизм, мистицизм или филантропическое фантазирование), получит возможность с человеколюбивой самоотверженностью направить на реципиента, которому требуется его помощь, только мощь своей сильной доброй воли, он может временами творить чудеса.

§ 289

Все вышеупомянутые методы применения месмеризма зависят от притока большей или меньшей жизненной силы к пациенту и называются, следовательно, положительным месмеризмом (167). Противоположный способ использования месмеризма, поскольку он оказывает прямо противоположное действие, заслуживает того, чтобы быть названным отрицательным месмеризмом. К нему относятся пассы, которые используются, чтобы пробудить от сомнамбулического сна, а также все мануальные процедуры, известные под названием успокаивающих и разряжающих. Разрядка посредством отрицательного месмеризма жизненной силы, избыточно сконцентрированной в отдельных частях организма неослабленных людей, наиболее надежно и просто выполняется очень быстрыми движениями вытянутых рук с параллельно расположенными ладонями на расстоянии около одного дюйма от тела, направленными от макушки до кончиков пальцев на ногах (168). Чем быстрее эти движения, тем эффективнее воздействие. Так, например, в случае, когда ранее здоровая женщина из-за внезапного прекращения менструаций в результате сильного психического шока, впадает в такое состояние, что становится совершенно безжизненной и кажется мёртвой (169), такими быстрыми отрицательными пассами жизненная сила, которая, возможно, концентрируется в предсердечной области, может быть разряжена, и её равновесие во всем организме восстановлено, в результате чего оживление обычно следует немедленно (170). Подобным образом, мягкие, менее быстрые отрицательные пассы уменьшают чрезмерную расслабленность и бессонницу, сопровождающуюся беспокойством, вызываемым иногда у очень раздражительных людей слишком сильными положительными пассами, и т. д.

§ 290

К подобным методам относится также так называемый массаж, который делает сильный доброжелательный человек хроническому больному, страдающему, несмотря на лечение, потерей веса, слабым пищеварением или недостатком сна из-за медленного выздоровления. Мышцы конечностей, груди и спины, по отдельности сжимаемые руками, умеренно сдавливаемые и растираемые, побуждают жизненный принцип восстановить тонус мышц и кровяных и лимфатических сосудов. Месмерическое воздействие этой процедуры является основной характеристикой, но она не должна излишне применяться к сверхчувствительным пациентам.

§ 291

Ванны из чистой воды являются частично паллиативными, частично гомеопатическими полезными средствами восстановления здоровья при острых болезнях, а также в периоде выздоровления лечащихся хронических больных при надлежащем внимании к состоянию выздоравливающего, температуры воды в ванне, продолжительности и чистоты повторения процедур. Но даже правильно применяемые, они оказывают только физически благотворное влияние на больное тело, сами по себе они не являются истинно лекарственными. Теплые ванны при температуре 25-27° по шкале Реомюра служат для возбуждения слабой чувствительности нервной системы человека, который кажется умершим (замерзшего, утонувшего, задохнувшегося), с притуплённой чувствительностью нервов. Хотя эти ванны являются только паллиативными, тем не менее, они часто оказываются достаточно действенными, особенно когда назначаются в сочетании с кофе и растиранием рук. Они могут оказаться гомеопатически полезными в случаях, когда раздражимость распределена очень неровно и концентрируется слишком неравномерно в некоторых органах, как при некоторых истерических спазмах и детских судорогах. Точно так же холодные ванны 6-10° по шкале Реомюра на людей, подвергающихся лекарственному лечению от хронических болезней, с недостатком жизненного тепла, действуют как гомеопатическое средство. В результате мгновенных и повторяющихся погружений они действуют как паллиативные средства, укрепляющие тонус истощённой нервной системы. С этой целью такие ванны должны быть более чем кратковременной продолжительности — в течение минут с постепенно понижающемся температурой. Такие ванны являются паллиативными, и поскольку они воздействуют только физически, то лишены недостатка, заключающегося в опасности противоположного действия впоследствии, что имеет место при использовании динамических лекарственных паллиативов.

Оставить комментарий

avatar
Photo and Image Files
 
 
 
Audio and Video Files
 
 
 
Other File Types
 
 
 
  Подписаться  
Уведомление о